И вновь же не соврала.
— Зовут вас как?
— Молли. Лучше так, а то ведь мало ли. Мы переехали сюда лет десять тому. По приглашению.
Она шла бодро, уже не пытаясь притвориться уставшей.
— На самом деле за детьми Родда давно приглядывали, но не сказать, чтобы вмешивались. Старались не вмешиваться, но и вовсе из виду не выпускали. Чревато, знаете ли.
— Да и полезного чего подглядеть можно, — не удержался Эдди.
— Именно. Все-таки здесь и вправду жили мастера, которые, пусть и действовали вне поля закона, но в целом порой деятельность их давала прелюбопытнейшие результаты…
…которые оседали где-то там, в глубинах Особого отдела, решавшего, что именно из этих результатов можно выпускать в большой мир.
— Мы работали с перспективными мастерами, вели переговоры, помогали уехать, устроиться на новом месте. Поверьте, здесь тоже все не так и просто. Кстати, мистер Годдард, вы в моих записях тоже значитесь, как весьма перспективный объект.
Эдди молча скрутил фигу.
— Резко, но… мы бы не предложили ничего такого, что бы не соответствовало вашему характеру. Скорее уж мы бы нашли способ наладить взаимовыгодное сотрудничество. Скажем… в поиске. Или в исследовательской работе. Вам ведь нужны были деньги, так? А корона неплохо платит.
Она остановилась, указав куда-то в темноту.
— Там начинается город. И там живут те, кто способен вывести из этой дыры.
— Собираетесь бежать? — поинтересовался Чарльз.
— Собираетесь остаться и устроить революцию? — Молли приподняла бровь. — В отличие от вас, я здраво оцениваю собственные силы. У меня имеется информация, способная многое изменить в нынешнем мире. И моя основная задача — сделать так, чтобы эта информация попала в нужные руки. А потому, увы…
— Погоди, птичка, — ладонь Эдди упала на плечо. — Ты опять заговариваешься. Стало быть, ты со своим дядюшкой…
— Приехали сюда. Сменили прежнего агента. Он представил нас сыном и внучкой, потом тихо умер. Для всех. Мы жили. Стандартно… уже не первый раз используем это прикрытие. Архивариус — очень удобная фигура. И местные к ней привыкли. Кто ж знал, что так получится.
— Как?
— Эти… перемены. Сперва мы даже не особо обратили на них внимание. Сообщество мастеров, на самом деле, весьма закрытое. Они давно уже отделились от прочих, полагая, что стоят выше… и в общем, ничем не отличаются от наших аристо.
Молли тряхнула светлой гривой. Кажется, аристократов она недолюбливала.
— Те же интриги, та же грызня за власть в Совете. Вот и не удивились, когда старика Румпштена сместили. Потом потеснили и его приятелей, большинство которых пребывало, если не в маразме, то где-то рядом. Созвали новый Совет. Объявили время перемен, но это тоже… объявить проще всего.
Она махнула рукой.
— Но начались эти все… требования к лицензированию. На самом деле это неплохо, потому что в городе творился полнейший хаос, никогда нельзя было угадать, и вправду ли к мастеру обращаешься, или же к недоучке с кривыми руками и большими амбициями. Дядюшка даже решил, что, возможно, город потихоньку дозревает до того, чтобы выйти из самоизоляции.
Река шумела, а город приближался. Точнее не город, а будто нагромождение камней, в которые уходила река. Огромные, уродливые, те выставляли темные грани, пряча тени тайных ходов.
— Однако затем издали этот указ, о высокой морали. Идиотизм!
— Почему? — поинтересовался Эдди.
— Потому что блюсти мораль — задача личности, но никак не государства. А они бордели закрыли. В городе, где количество мужчин втрое превышает количество женщин! — возмущение Молли было вполне искренним, только не очень понятным. До того знакомые Чарльзу женщины как-то наоборот, ратовали и за мораль, и за закрытие борделей. — Само собой, это вызвало недовольство. Добавьте алкоголь и общий характер жителей, которые в целом… не склонный к миролюбию и соблюдению законности. Вспыхнули потасовки. Кое-где даже драки. Дядюшка говорил, что кто-то даже пытался заблокировать район, но в итоге Мастера отправили боевых големов. И недовольные отправились на каменоломни.
— Даже так?
— Суды шли быстро. Самые ярые… в общем, не дожили до них. Тут же прошли чистки. Заодно уж появился Народный патруль, который взял верхний город под контроль. Мы поняли, что нужно уходить, но… не успели.
— Почему?
— К дядюшке обратился человек из… Совета, то есть близкий к Совету. Он тоже хотел покинуть город. И ему нужны были гарантии, что там, во внешнем мире, он устроится должным образом. И не только он, но и его семья. Взамен он пообещал кое-какую информацию. Весьма… важную.