«Я безумно его хочу, но что-то меня останавливает, не дает переступить последнею черту. »
Я безумно боялась, что из моей кровати он тут же побежит в другую и не в свою… Он же привык так делать…
А ещё была ревность… Я никогда не думала, что это такое всепоглощающее чувство. Она сжирала меня изнутри. Каждый раз, когда он уходил от меня, я думала где он и с кем. Может кто-то ещё целует его губы, гладит его плечи…и стонет от его ласк.
Калеб был первым, кого я полюбила, первым кто предал меня…
Ревность и недоверие стали моими вечными спутниками. А сегодня я получила последний сокрушительный удар. Моя одноклассница сказала, что видела Калеба с его бывшей девушкой, Молли. Почему-то полшколы знало, с кем и сколько я встречаюсь. И всем надо было подойти и спросить:
«И как же ты его заарканила?! В тебе ведь нет ничего примечательного!»
Как же меня это бесило. Особенно по первости. Слава богу, что вот уже пару недель ко мне никто не подходит и не капает на мозги.
«Обалдеть! Мы вместе уже четыре месяца! И вот сейчас всё снова повторяется. Неужели Калеб снова мне изменил?! С бывшей, от которой сам же в ужасе убежал?!»
Он рассказывал мне о своих прошлых отношениях немного. Неужели из-за того, что еще любил бывшую девушку?!
— Я не верю тебе. - как часто в последнее время я говорила эти слова. Но в этот раз они были сказаны надоедливой однокласснице.
— Да, пожалуйста! Я от чистого сердца решила помочь, открыть тебе глаза на этого бабника, но, если нравится носить рога, дело твоё.
— Откуда ты вообще это знаешь? Вы с Молли и не общаетесь даже.
— Просто видела. И к тому же с чего ты взяла, что мы не общаемся? Не лучшие подружки, конечно. Но все же. В общем я тебя предупредила, а дальше как хочешь.
Я поджала губы и села на своё место. Семена сомнения упали на подготовленную почву и дали ростки.
«Если Калеб предал меня один раз, значит мог сделать это и во второй. »
Я не хотела в это верить, но и не верить не могла.
***
— Привет. - Калеб чмокнул меня в губы и зашел в квартиру. Сегодня он был один.
— Как дела? Что нового?
Парень прижал меня к себе и зарылся лицом в мои волосы.
— Да так.
«Я должна ему верить, иначе всё бессмысленно. »
— Что-то случилось? Я чувствую! — парень отстранился от меня и попытался прочесть ответ в моих глазах.
— Ты…как давно ты видел Молли? — прикусив губу спросила я.
«Ну зачем?! Ведь снова всё закончится скандалом!»
— В смысле?! Давно. — он прищурился и процедил. - Ты словно специально выискиваешь повод поссориться. Какого чёрта, Джен?!
— Я не хочу ссориться…просто…мне кое-кто сказал, что ты к ней заходил. Вот я и хотела спросить зачем.
— Ты готова верить кому угодно, но только не мне! Что за прикол?! Сколько это будет продолжаться? Сколько я должен оправдываться?!
— Я не…
— Знаю! Ты не веришь мне! Уже, сука, слышал сотню раз. Проклятье!
— Я не то хотела сказать.
— А что? Скажи мне, что я ещё должен сделать, чтобы доказать тебе свою любовь? Я устал, Джен! Правда!
— Что ты хочешь этим сказать? — неужели он решил меня бросить.
— Ничего, малыш, прости. — он притянул меня к себе и поцеловал. - Я знаю, что облажался по полной, но…неужели так будет всегда?!
Калеб обнял меня сильнее и снова зарылся в мои волосы. Он всегда говорил, что обожает их. Длинные, густые и пахнущие клубничным шампунем.
— Я люблю тебя, Джен. Люблю… Почему ты не веришь? Почему молчишь? Как я должен заслужить твоё доверие? Как доказать, что ты у меня одна?
Парень прижался лицом к моей шее, и я почувствовала влагу.
«Он плачет?! Никогда не видела, чтобы Калеб плакал!»
— Калеб…
Парень отстранился от меня и уставился на свои руки.
— Что Джен?! Ты еще не всё предъявила мне?!
— Калеб… — одинокая слезинка скатилась по его щеке.
— Я никогда не услышу от тебя этих трёх слов, правда?
— Я…я…- но слова не шли.
Это было ужасно. Я горела внутри. Мне так хотелось обнять его, покрыть поцелуями каждый сантиметр идеального тела и кричать о своей любви. Чтобы вся планета знала о наших чувствах.
Но я не могла. Я БОЯЛАСЬ! Боялась стать его очередной победой, галочкой в ебучем списке самого известного в городе бабника.
От лица Калеба:
Я впервые плакал за очень долгое время.
Когда-то давно, когда отец уходил от нас, бросал на произвол судьбы, зараза такая, он сказал: