Ровный голос Симоны Рэй лился через звуковую систему и накатывал на Ридли волнами. Ей казалось, что она плывёт вместе с сильными руками Джексона в качестве якоря, и чувствовала себя в безопасности рядом с ним, мягко покачиваясь в такт музыке, совершенно не замечая чьего-либо присутствия. Не обращая внимания на тихий голосок в голове, предупреждавший ее быть осторожнее с сердцем, Ридли отдалась теплу, исходящему от Джексона и сладко вьющемуся по ее венам. Он же тихо напевал в такт музыке.
Казалось, они находились в своем мирке, и Ридли не хотелось никого впускать в него.
После звучания завершающих песню аккордов Ридли собралась уже вернуться на свое место за столиком, но Джексон, удерживая, закинул ее руки себе на шею и притянул ближе настолько, что она могла чувствовать покачивание его бёдер.
— Ты ведь не боишься подойти поближе?
Глава 16
Спустя примерно час, внимание публики переманило на себя выступление новой группы, и мисс Рэй слилась с толпой. Джексон не работал с джазовыми артистами, но так как Ридли любила этот жанр, то он решил предоставить ей возможность познакомиться с певицей.
Он ненавидел то фальшивое общение, которое обычно происходило на подобных мероприятиях, но с Ридли это Джексона не беспокоило. Притянув ее к себе для очередного медленного танца, он почувствовал, как кто-то похлопал его по плечу.
— Джексон? Эй, как я рад тебя видеть!
Джексон обернулся и замер, увидев, кто стоит у него за спиной:
— Привет, Билл… Не думал, что ты на джазовой сцене.
Прошло много лет с тех пор, как он видел Билла в последний раз, но тот совершенно не изменился. Мужчина раньше был одним из самых больших сторонников Джексона, оказывал ему неоценимую поддержку, и стал одним из самых сильных противников, когда он решил начать свою карьеру в новом направлении.
Джексон натянуто улыбнулся, когда его старый наставник повернулся к Ридли:
— Привет! Я Билл Уизерспун. Мы дружили с Джексоном еще до того, как он стал суперзвездой. Я знал его, когда он был еще парнем с гитарой.
— Приятно познакомиться. Ридли Уэллс, — звонко рассмеялась Ридли и пожала ему руку.
— Вижу, что у него все еще отличный вкус, — рассмеялся Билл и хлопнул Джексона по спине. — Ходят слухи, что ты работаешь над сольным проектом. В последнее время в чертах несут всякую чушь, твой золотой голос был бы желанным улучшением.
— Нет, это всего лишь слухи, — сдержанно улыбнулся Джексон.
— Ты тоже поёшь? Я не знала, — с удивлением посмотрела на него Ридли.
— Ох, да, поет! У него такой голос, из-за которого у меня до сих пор перед глазами пляшут значки доллара, несколько лет назад, я почти подписал с ним контракт.
— Несколько лет назад? — Ридли была очень удивлена.
— Ну что ж, Билл, — кашлянул Джексон. — Я был рад тебя видеть. Передавай своей жене привет от меня.
— Конечно, — было заметно невооружённым глазом, что Биллу не понравилось отношение Джексона. — Позаботься о своих очаровательных мальчиках. И я имел в виду именно то, что сказал. Я знаю, что твой лейбл находится в сотрудничестве с Shadowlight, и я не хочу наступать на пятки, но Interlace Entertainment заключит с тобой сделку в мгновение ока, если ты когда-нибудь решишься на сольную карьеру еще раз. Это предложение всегда будет актуальным.
Кивнув, Джексон притянул Ридли и повел их сквозь другие пары. Он был счастлив, когда песня сменилась на более бодрую, а на танцполе собралось еще больше народу.
Ридли нежным касанием положила руку ему на щеку, от чего он удивленно посмотрел на нее.
— А почему ты мне не сказал, что ты певец?
Джексон быстро отвел взгляд. Он никогда не был застенчивым. Будучи младшим из четырёх братьев, он быстро научился добиваться внимания окружающих к своей персоне. Ему это было просто необходимым. Но вот сейчас, когда Ридли так смотрела на него, то ему казалось, что она видит его насквозь.
— Потому что это не так. Когда-то я был им, но теперь оставил эту мечту. Я композитор и продюсер, и для меня этого более, чем достаточно. — Джексон крепко прижал ее к себе, и они закачались в такт музыке.
— Я бы все равно с удовольствием послушала, как ты поешь. Жаль только, что я не умею петь или играть на каком-нибудь инструменте.
— Я научу тебя. Играть.
— Ты не сможешь научить меня петь, — поддразнила она его. — Если бы я могла петь, то, наверное, делала бы это постоянно. По всему дому, в душе. Просто везде.