Обломки и пыль закрутило в вихре, неудержимо влекущем их к потолку. Перекрытие самовосстанавливалось на глазах.
— Грейнджер, что это…
— Эксперимент, — невинно объяснил Бобби. — Я же вас предупреждал. Удачно вышло, всем спасибо за участие.
Коридор постепенно наполнялся людьми. Разъяренная Витч шла впереди всех.
— Что здесь происходит?!
— Здравствуйте, профессор. Всё в порядке, — вежливо сказал Бобби. — Мы тут пробовали одно заклинание…
— Как Вы думаете, мистер Грейнджер, сколько раз я слышала объяснение типа «Мы пробовали одно заклинание»? — спросила Витч.
— Простите, профессор… я не знаю…
— Это был риторический вопрос, Грейнджер. Мистер Уизли, что тут произошло?
Уизли честно рассказал. В конце концов, Витч была его деканом.
— Что ж… Уизли, Олливандер, Буллер, Тайгер… жду вас после обеда в своем кабинете. Еще раз используете «Левикорпус», Тайгер, и можете попрощаться со школой. Я не потерплю Темных заклинаний на своем факультете. Между прочим, это ко всем относится! А Вы, Грейнджер… Вы меня удивили. Не ожидала от Вас таких подвигов, с Вашим‑то примерным поведением! Вы чуть не взорвали коридор. Минус пятьдесят баллов Слизерину и неделя отработок. Вечером после сегодняшней отработки жду Вас в моем кабинете на персональный разговор.
Дверь за Витч захлопнулась.
— За всё хорошее в этой жизни надо платить, — философски сказал Бобби.
— «Минус пятьдесят баллов Слизерину»! — передразнил Тайгер. — «И неделя отработок»!
— Мне только одно непонятно: как вы, четверо дебилов, решили, что сможете справиться со мной? — спросил Бобби.
Около девяти Бобби, занятого отработкой, навестил декан Слагхорн. Со скорбным лицом он отконвоировал студента в кабинет Витч.
В кабинете сидела целая комиссия. Витч, профессор Заклинаний Мишель Лемерсье, профессор Защиты от Темных сил Поттер и примкнувший к ним его собственный декан Слагхорн. Для полного счастья не хватало только директора. Но раз ее не хватало, значит, дело зашло не так далеко.
— Садитесь, — пробасила Витч.
Профессор Поттер пристально посмотрел на Бобби, и Бобби это не понравилось.
— Я хотела начать разговор с того, как Вы возмутительно напали на моих студентов, но профессор Слагхорн убедил меня, что Вашу выходку нельзя считать нападением. Вы с самого начала предупредили их о своих намерениях, они посоветовались и добровольно согласились на участие в эксперименте. К сожалению, мои балбесы дружно подтвердили эту версию, так что Вы выкрутились, Грейнджер, с чем Вас и поздравляю. Хитро выкрутились.
— Фурия, дорогая, Вы преувеличиваете, — сказал Слагхорн.
— Поэтому беседа пойдет о другом. Вы применили на территории Хогвартса Темную магию, а я не потерплю Темную магию на подведомственной мне территории, запомните это, Грейнджер!
— Я понял, профессор Витч.
— Итак, Вы применили сегодня некое заклинание…
— Наложись, — подхватил Бобби.
— Верно, «Наложись». Именно так вспоминают Ваши четверо противников. Откуда Вы взяли это заклинание?
Бобби не отвечал: искал ответ получше. Витч тем временем продолжала:
— Дело в том, мистер Грейнджер, что я никогда раньше не слышала подобного заклинания. Я проконсультировалась с коллегами, профессором Поттером и профессором Лемерсье, и они тоже услышали о «Наложись» сейчас впервые в жизни. Даже профессор Поттер, который специализируется на Темной магии. Между тем, это Темное заклинание, так, мистер Грейнджер? В какой же неизвестной нам книге по Темной магии Вы его прочли?
— Вы не найдете его в книгах, профессор, — выпалил Бобби. — Его там нет. Я… Я сам его выдумал.
— Вы его выдумали? — удивилась Лемерсье. — Вы уже способны сами изобретать заклинания?.. Сколько Вам лет, мистер Грейнджер?
— Двенадцать, — буркнул Бобби.
— В двенадцать лет!
— Спасибо, Мишель. Я тоже не могу промолчать, что это потрясающий уровень магии! — быстро вступил Слагхорн. — Роберт, безусловно, — самый талантливый студент на курсе.
— Избави нас Мерлин от Ваших талантливых студентов, Гораций, — едко заметила Витч. — Нам дай Бог бы разобраться с творческим наследием Ваших прежних талантливых студентов…
Слагхорн замолчал.
— Не слишком ли резко сказано, Фурия? — спросила Лемерсье.
— Думаю, нет. Гораций не обиделся. Видите ли, талантливые студенты Горация дружно выбирают для проявления талантов область Темной магии, и я не могу не отметить, что им лучше бы направить свои таланты в более мирное русло.
— В чем же заключается Ваше заклинание? — поинтересовалась Лемерсье.
— Это эффект наложения, из учебника магической физики. Если наложить друг на друга несколько разрядов от заклинаний, вместе получается сильное колебание магического поля. У меня накладываются друг на друга все заклинания, которые направлены на меня другими. Если они несовместимые, создастся возмущение магического поля, сами нападающие окажутся в эпицентре, и поле разрядится в них, а до меня волна вообще не дойдет. Она потеряет направление.