— О, за это не беспокойтесь. Он крестраж, и окружен Темнейшей магией своего статуса, дающей практически полную неуязвимость. Он защищен куда более, чем мы с Вами, — усмехнулся Бобби.
Министр посмотрел Бобби прямо в глаза. Бобби ответил тем же взглядом.
Прошла минута, и министр устало откинулся.
— Вы еще и окклюмент… Поздравляю.
— Спасибо, — скромно сказал Бобби. — С Вами приятно было потягаться.
Министр встал.
— Вы школьник… пока еще, и единственно поэтому я проявляю снисхождение. Даю Вам время на размышление. Через неделю я приду снова, и Вы откроете мне имя. Без разговоров. Это приказ. Право, я не понимаю, почему Вы упрямитесь, ведь в наших общих интересах — чтобы Избранный как можно скорее покончил со всеми крестражами и смог победить Сами–Знаете–Кого.
Тут министр попал в точку: всё последнее время Бобби сводила с ума мысль, каким образом Избранный сможет покончить со всеми крестражами и остаться в состоянии, пригодном для побеждания Сами–Знаете–Кого.
— А сейчас меня ждут дела — так что до встречи через неделю, Роберт!
— До встречи, господин министр, — вежливо попрощался Бобби.
…Им суждено было встретиться второй раз гораздо раньше, чем через неделю.
… Отвлечемся от этого мрачного разговора, читатель.
Скажите, были ли Вы когда‑нибудь в Лютом переулке? Нет? И правильно, это очень опасное место.
Но вряд ли Вас удивит, что в Лондоне есть места и похуже Лютого переулка. Лютый переулок — всего один из адресов скрытного мира Темнейшей магии. И не худший из них, раз о нем можно рассказывать в книгах детям!
Мы отправимся по адресу много злачнее и темнее Лютого переулка. В этот квартал боялись захаживать даже его завсегдатаи…
Этот квартал был голубой мечтой любого ученого и книжного коллекционера, ибо здесь находился огромный рынок самых запрещенных и опасных книг.
По большому счету, этому рынку позавидовали бы даже архивы Министерства магии.
Мы заметим в толпе фигуру Мундунгуса Флетчера, торгующегося у одного из прилавков. У Мундунгуса в руках мы увидим целую пачку книг.
Но Мундунгуса усмотрели не мы одни.
Когда Флетчер уже расплачивался, из толпы вырвалась высокая темная фигура и схватила Флетчера, не давая ему уйти.
— На два слова, Мунди.
Флетчер попытался вырваться, но фигура только засмеялась.
— Мунди, я хочу только поговорить. Только разговор, без насилия, могу даже дать клятву!
— Давай, — хрипло сказал Мундунгус.
Фигура взмахнула палочкой:
— Клянусь, я буду только говорить, а затем отпущу тебя.
Флетчер хрюкнул по–прежнему недоверчиво.
— Я действительно хочу только поговорить, и не причиню тебе вреда. Я очень долго ждал этого разговора… Тебя, друг мой, нелегко было выследить.
— Что ж, говори, — буркнул Флетчер.
— Не здесь. Отойдем в угол, где потише? Я дал клятву, могу дать и другую, будь же умницей.
— Пошли, а то не отвяжешься от тебя, — хрюкнул Флетчер.
Они зашли за угол, ибо на этом рынке было предусмотрительно много пустых и темных углов.
Флетчер не снимал руки с палочки, выжидательно глядя на собеседника.
Фигура сняла капюшон и облегченно выдохнула:
— Меня зовут Джагсон, сейчас я — правая рука моего Темного лорда, и я действительно долго ждал этого разговора, мистер Грейнджер.
… Конечно, Бобби не собирался соваться на этот жуткий рынок, но все три кандидата, которых он попросил это сделать для него, отказались с треском. И он еле уговорил Мундунгуса Флетчера дать ему хотя бы волос для Оборотного.
Джагсон тем временем вещал:
— Я мечтал встретить Вас много лет, мистер Грейнджер. С тех пор, как мой Лорд искал шпиона, разгласившего тайну создания армии крестражей, и шпиона, разгадавшего тайну отряда анимагов, и ученого, создавшего для нашей братии чертовские неприятности своими заклятиями, которые сейчас вовсю используют против нас авроры и орденцы феникса… А стой минуты как мой Лорд узнал, что всё это — один человек, и что это — Вы, я ночей не сплю, пытаясь встретиться с Вами.
Бобби молча слушал.
— Я не сплю, и мой Лорд не спит. Вы создали нам слишком много неприятностей, молодой человек. Можете гордиться: сам Темный лорд ночей не спит из‑за Вас!
— Я из‑за него тоже, — буркнул Бобби.
— О, да Вы шутник, молодой человек. Я рад, что наш разговор протекает в таком ключе — мы с Лордом боялись надеяться на это.
— Вряд ли я оправдаю Ваши надежды, — сказал Бобби.
— Подождите, молодой человек, я еще не кончил. Мы потеряли покой, и мы не знали, что с вами делать. Оставлять такого противника против себя опасно. Мы не можем себе этого позволить. Но Ваши таланты невольно потрясают, а мой Лорд умеет ценить талантливых людей. Вы не оставили нам выбора: придется либо убить, либо переманить Вас на нашу сторону, молодой человек.