Подражание Абсолюту
Так, мой царь, в заботах о жене и сыновьях текла его порочная жизнь, и вот ему исполнилось восемьдесят восемь лет. У старого Аджамилы было десять сыновей, и младшего из них звали Нараяной. Он был совсем еще маленьким, и отец с матерью души не чаяли в своем малыше (Бхаг., 6. 1. 23-24).
Аджамила был грешен еще и потому, что у него, восьмидесятивосьмилетнего старика, был маленький сын. По ведической традиции мужчина в пятьдесят лет должен отойти от семейных дел и покинуть дом. Ему не следует оставаться в семье и зачинать детей. Половую жизнь разрешается вести в возрасте с двадцати пяти до сорока пяти или, от силы, пятидесяти лет. После этого надо отказаться от половой жизни, покинуть дом и стать ванапрастхой, а затем санньяси. Аджамила же, сойдясь с блудницей, забыл все обычаи брахманов и погряз в грехе даже несмотря на то, что эта женщина стала его женой.
Аджамила повстречал блудницу, когда ему было двадцать лет, и впоследствии у них родилось десять сыновей. Когда же ему исполнилось без малого девяносто лет, пришла пора умирать. К тому времени большинство детей уже выросли, поэтому, естественно, самый младший, Нараяна, стал любимцем родителей и Аджамила очень к нему привязался.
Своей улыбкой ребенок сразу очаровывает отца и мать. А когда ребенок начинает говорить, по-детски коверкая слова, сердца родителей тают. Если бы дети не вызывали такого умиления, родители не могли бы с любовью растить и воспитывать их. Родительская любовь свойственна даже животным. Однажды, когда мы были в Канпуре, к нам под окно пришла обезьяна со своим детенышем. Малыш пролез между прутьями оконной решетки и оказался в комнате. Его мать была в отчаянии, она почти обезумела от страха. Кое-как нам удалось протолкнуть малыша обратно — мать тут же обняла его и вместе с ним скрылась.
Люди так превозносят материнскую любовь, но ведь животные тоже любят своих детенышей. Это не какое-то исключительное чувство, это — закон природы. Если бы мать не любила ребенка, он не мог бы нормально развиваться. Родительская любовь естественна и необходима, но она не способствует духовному развитию.
Как ни порочен был Аджамила, он всем сердцем любил своего маленького сына. Хотя Аджамиле было почти девяносто лет, он радовался играм малыша, подобно тому как Махараджа Нанда и Яшода радовались детским играм Господа Кришны.
Родительская любовь в материальном мире — всего лишь слабое подобие изначальной, чистой родительской любви, которая существует в мире духовном. Духовное бытие — начало всего сущего. «Веданта-сутра» (1. 1. 2) гласит: джанмади асйа патах — «Абсолютная Истина — это источник всего сущего». Если бы в Абсолютной Истине не существовало любви между родителями и детьми, ее не было бы и в материальном мире.
Поскольку Абсолютная Истина — источник всего сущего, следовательно, разнообразие, наблюдаемое в материальном мире, не более чем отражение того разнообразия, которое существует в духовном мире. Если бы Абсолютная Истина была лишена разнообразия, тогда откуда бы оно возникло? Нет, Абсолютная Истина не безлична (ниракара) и не однообразна (нирвишеша).
И все же некоторые философы, называемые майявади, думают иначе. Осознав несовершенство материального разнообразия, они разочаровываются и потому считают, что в духовном мире не должно быть места личности и разнообразию. Такие философы-имперсоналисты понимают, что они Брахман, дух, но не знают о том, что в брахмаджьоти, духовном небе, существуют бесчисленные духовные планеты. Они принимают брахмаджьоти за конечную цель. Поскольку имперсоналисты ничего не знают о духовных планетах — Вайкунтхах, — то, даже достигнув духовного неба, они вновь возвращаются на материальные планеты. В «Шримад-Бхагаватам» (10. 2. 32) сказано:
йе 'нйе равиндакша вимукта-манинас
твайй аста-бхавад авишуддха-буддхайах
арухйа крччхрена парам падам татах
патантй адхо 'надрта-йушмад-ангхрайах
«Несмотря на то что имперсоналисты практически стоят у порога освобождения, их разум не чист, так как они отвергают служение лотосным стопам Кришны. И хотя они совершают суровую аскезу, чтобы подняться на уровень Брахмана, им приходится вновь падать в пучину материального мира».
Философы-имперсоналисты не могут отличить деятельность в материальном мире от деятельности в мире духовном. Они также не видят различия между материальным телом и телом Бога. Они убеждены, что безличное брахмаджьоти — духовное сияние, исходящее от тела Господа, — и есть Высшая Абсолютная Истина. Майявади ошибочно полагают, что, когда Бог нисходит в материальный мир. Он, подобно нам, воплощается в материальном теле. Такие воззрения называются имперсонализмом, или философией майявады.
У Бога есть тело, но оно, в отличие от наших тел, не материально. Его тело духовно: оно вечно, исполнено знания и блаженства (сач-чид-ананда-виграха). Тот, кто познал духовную природу Кришны, обретает освобождение. Кришна Сам говорит об этом в «Бхагавад-гите» (4. 9):
джанма карма ча ме дивйам
эвам йо ветти таттватах
тйактва дехам пунар джанма
наити мам эти со 'рджуна
«Когда Я нисхожу в этот бренный мир, Я не воплощаюсь в материальном теле; Мое рождение и Мои деяния полностью духовны. И тот, кто в совершенстве постигнет это, обретет освобождение». Кришна совершенным образом играл роль ребенка, сына Яшоды: Он бил и ломал все, что попадало под руку, если мама не давала Ему масла — как будто оно было Ему нужно! Но даже когда Бог ведет Себя как обычный человек, Он все равно остается Богом.
Имперсоналисты не могут познать Бога, Верховную Личность, поскольку видят в Нем обычного человека. Они — негодяи, и Кришна Сам говорит об этом в «Бхагавад-гите» (9. 11): аваджананти мам мудхах — «Только негодяи могут принимать Меня за обычного человека». Майявади говорят: «Ведь это всего лишь ребенок. Как Он может быть Богом?» Даже Брахма и Индра были озадачены: «Разве может этот малыш быть Верховным Господом? Нужно Его испытать».
Иногда какой-нибудь человек выдает себя за воплощение Бога. Он так и говорит: «Я — Бог». Надо проверить его, чтобы выяснить, правда ли это. Майявади заявляют: «Я — Бог», «Я — Кришна», «Я — Рама». Все, кому вздумается, объявляют себя Кришной или Рамой, а людям даже не приходит в голову потребовать у них: «Если ты Рама, яви свое могущество! Рама построил мост через Индийский океан. А что сделал ты? Кришна, когда Ему было только семь лет, поднял холм Говардхана. А что сделал ты?» На это мошенники обычно говорят: «Все это выдумки, сказки». Так люди принимают кого угодно за Раму или Кришну. Этому безумию не видно конца, и все, кто провозглашает себя Богом, как и те, кто им верит, будут сурово наказаны за такое богохульство. Всякий может объявить себя Богом, и глупцы примут это за истину, но никто не получит блага, служа самозваному «богу».
Однажды Господь Брахма увидел, что жители индийской деревни Вриндаван считают Всевышним пастушка Кришну, совершающего необычные деяния. Он подумал, что Кришна — еще один самозваный «бог», и решил испытать Его. Брахма унес телят и друзей Кришны и спрятал их в пещере. Когда же через год он вернулся во Вриндаван, то увидел там все тех же телят и пастушков. Тут он понял, что всемогущий Кришна Сам воплотился в образе мальчиков и телят. И даже собственные матери всех этих детей не заметили подмены, хотя и недоумевали: «Отчего по вечерам, когда наши дети возвращаются домой с пастбищ, мы чувствуем такую огромную любовь к ним?» В конце концов Брахма предался Кришне и вознес Ему молитвы.