— Тогда почему ты оставила Альтира? — вдруг спросил Тим. — Он ведь превратил больницу в свою дойную корову.
— С чего ты взял, что я позволю ему остаться? — удивленно поинтересовалась я.
— А разве нет? Ты же сказала, что не видишь проблемы в том, что он творит.
— Я сказала, что нет проблемы, — поправила его я. — Потому что ее действительно нет, все ясно и прозрачно. Он нарушил договор, значит, договор расторгнут. Но я недостаточно компетентна, чтобы заниматься такими делами. Обращусь к юристам, пусть оформят это правильно.
— Так ты заберешь у него больницу? — не поверил Тим.
— Разумеется. Лечение должно быть доступно всем, а не превращаться в роскошь. Но с такими людьми, как Альтир, этого не добиться.
— А ведь он решил, что пронесло, — невольно улыбнулся парень.
— Что ж, его проблемы, — я пожала плечами. — Сюрприз будет.
Тим хохотнул.
Было ли мне стыдно? Ничуть. Да, я ввела Альтира в заблуждение, заставив поверить, что ему ничего не грозит. Но я сочла, что в текущей ситуации — это оптимальный вариант. Он не будет ждать подвоха и не успеет подготовиться, а значит, не создаст дополнительных проблем. К тому же прямо сейчас я выдала максимум из доступного мне — не имея ни малейшего представления, как вообще следует действовать в таких случаях. Припугнула и сделала вид, что все в порядке. Вон, даже Тим поверил.
Лайош привез нас обратно в трущобы. Он остановился возле нужного дома, но я, выбравшись из машины, усомнилась, что найду квартиру Волли. Нет, я способна запомнить этаж и дверь, но не посреди ночи, волнуясь за чужую жизнь.
К счастью, Тим словно бы понял мои сомнения и выбрался следом.
Вместе мы пошли в квартиру, из которой не так давно выходили с Волли.
— Спасибо, что поехал со мной, — искренне поблагодарила я.
— Волли — мой друг, — словно бы с недоумением сообщил Тим. — Я не мог остаться в стороне.
На миг меня охватило разочарование. А ведь я успела решить, что Тим рядом, чтобы поддержать меня. Но — нет. Не с нашим прошлым. Я ведь для него источник плохих воспоминаний. Вряд ли он добровольно захочет мне помогать.
Больше не злится — и на том спасибо.
Открыли нам, как и в первый раз, почти сразу. Мама Волли явно не спала, и теперь смотрела на нас с тревогой. Я улыбнулась ободряюще:
— Мы заехали сказать, что с Волли все хорошо, — с порога решила успокоить я женщину.
Несколько мгновений она смотрела на меня, а затем с неожиданной силой затащила в квартиру и с причитаниями завела на кухню, где и расплакалась.
Я не сопротивлялась, хотя и не собиралась заходить, полагая, что достаточно сообщить новость и можно возвращаться в школу.
Но, глядя на женщину, имени которой я даже не спросила, я вспомнила, что радостные новости могут оглушить не меньше, чем печальные. И матери Волли явно нужна поддержка.
— Присаживайтесь, что ж вы стоите, магоспожа! Хоть перекусите, всю ночь же на ногах… — сквозь слезы хлопотала она.
Предложение мне понравилось, потому что после ужина прошло несколько часов, и, хоть и приглушенный усталостью, голод уже давал о себе знать. А голодать я не люблю.
Так что от перекуса я отказываться не стала. Тим пожал плечами и молча сел за стол рядом.
Хозяйка квартиры взяла себя в руки и обрушила на меня поток вопросов, на которые я охотно отвечала, понимая, как ей это нужно. И, наконец, женщина окончательно успокоилась, поверив, что ее сыну действительно больше ничего не угрожает.
Можно было бы уйти, но мне тоже было любопытно, а усталость слегка притупила такт.
— Простите за вопрос, но где отец Волли? — поинтересовалась я.
— Он погиб несколько лет назад, — если ее и покоробило мое любопытство, она ничем это не выдала.
— Ох, извините. Мои соболезнования. Вы поэтому живете здесь?
Одной сложно растить детей, которых у нее минимум трое. Логично предположить, что в целях экономии ей пришлось переселиться в трущобы.
Но она покачала головой:
— Нет. Это… не связано. Мы были вынуждены переехать сюда, когда я потеряла работу.
— Вы не смогли найти новую? — я удивилась.
Женщина не выглядела старой или больной, и мне показалось странным, что у нее не получилось найти работу.
— Были причины, — печально улыбнулась она. — Не думаю, что вам будет интересно слушать мою историю.
— Почему же? Расскажите, — мне и впрямь было интересно.
Хотя, конечно, никакого права лезть в чужую жизнь у меня нет. Но с другой стороны, я спасла ее сына и могу просить награду
Чуть помолчав, она собралась с мыслями и начала: