— А это государственный заказ, — Савиц вздохнул, протягивая мне еще бумаги. — Договоры на пошив униформы для армии и стражей порядка. Уверен, есть и с другими службами договор.
— Официальный? — я удивилась. — Почему тогда фабрика убыточна?
— Потому что договор не с фабрикой. Собственно, схема проста — исполнитель просто задешево арендует производственные площади у фабрики, и получает прибыль с заказов. За счет скорости и качества прибыль внушительная. И все законно оформлено. А то, что скорость достигается за счет рабского труда… — он умолк, с явным трудом подавляя вспышку гнева.
— То есть этот, — я кивнула на Виатена. — Пользуется моей фабрикой, моим оборудованием и моими подопечными, чтобы набивать свои карманы?
— Именно. Аренда ему ничего не стоит, траты на работников окупаются за пару месяцев, да еще и…
— Ну ништяк, хорошо устроился, — не сдержалась я.
— Что, простите?
— Ничего, мысли вслух, — я поморщилась едва заметно. — Вы не договорили. Что еще?
— Бордель, — хмуро ответил он. — Здесь, помимо шитья, девочек заставляли торговать телом.
Теперь стала понятна его угрюмость. Мне вот тоже резко захотелось Виатена пнуть.
Как только земля таких носит? Не только сам пользовал, но и другим продавал… Не удивительно, что они так быстро окупались.
Мерзость какая.
А я-то думала, тут цивилизованный мир.
— Пока я здесь хозяйка, больше этого не будет, — уверила его я. — Но вот эти таинственные покровители…
— Уверен, стражам удастся узнать имена, — решительно кивнул Савиц.
— Толку-то, — скривилась я невольно. — Если Виатен не боялся мою семью, значит, это кто-то более влиятельный. Вряд ли с ними захотят связываться.
— Вы и правда думаете, что это королевская семья? — голос Савица упал до шепота.
— Не вижу причин, зачем им таким заниматься, — я пожала плечами. — Скажите-ка мне лучше, господин Савиц, мы можем перевести средства с этих счетов на мой? Мне бы они пригодились, чтобы позаботиться о детях.
— М… полагаю, что да. Учитывая, что владелец счета является преступником, доказать, что это перемещение было без его ведома, ему не удастся, — не слишком уверенно ответил мой финансист и нахмурился: — Но я не считаю, что это будет противозаконно, если деньги пойдут на благое дело.
— Исключительно на благое, — я вздохнула.
— Тогда вы даете разрешение на перевод средств со счетов Виатена на ваш?
— Да, даю.
— А что будет с фабрикой?
— Учитывая новые обстоятельства, думаю, вам нужно будет пересмотреть расчеты по модернизации, — откликнулась я. — Нужно будет найти поставщиков взамен контрабанды, перезаключить договора на заказы униформы, нанять рабочих и найти хорошего управляющего.
— С этим могут возникнуть проблемы. Специалисты вряд ли захотят работать в опасной зоне.
— Значит, надо еще нанять хорошую охрану, — ответила я. — С деньгами Виетана и Филонар это проблемой не станет, не так ли?
Савиц кивнул, чем-то увлеченно занятый в своем блокноте.
А затем мне пришло уведомление о пополнении счета.
М-да, с финансистами в этом мире лучше не ссориться. Интересно, как их контролируют?
— Скажите, господин Савиц, а что вам мешает грабить таким образом своих клиентов?
Он посмотрел на меня удивленно:
— Вмешательство в чужие счета без разрешения активирует проклятие на артефакте, — он не стал уточнять, на каком, и без того понятно, что имеется в виду его универсальный ключ. — Это мучительная и неотвратимая смерть.
— Ясно-понятно, — озадачилась я.
Как бы страховка от нечестных сотрудников понятна… но я бы на такое добровольно не пошла. Мало ли какие ситуации могут возникнуть. Рисково это.
Но на Савица я стала смотреть с куда большим уважением.
Особенно после того, как он по памяти воспроизвел номер счета Филонар, испросив у меня разрешения с ним поработать.
Я стала богаче на несколько миллионов, а на фабрику, наконец, прибыли стражи порядка.
На этот раз обошлось без размахивания оружием. Дверь была открыта, и нас увидели издалека.
— Вы решили всерьез заняться уборкой в трущобах, магоспожа Аберэ? — осведомился все тот же следователь, прежде чем приступить к делу.
— Я просто инспектирую свои владения, — скорбно вздохнула я. — Кто же знал, что здесь столько грязи.
Следователь поморщился и потер переносицу с мученическим видом:
— Вы даже не представляете, сколько.
Я даже не усомнилась, что он говорит о местном отделении стражей, которые всю эту грязь нежно лелеяли, вместо того, чтобы вычищать. И у центра теперь прибавилось проблем.