— Почему это? Думаешь, мне не доводилось сражаться?
Я вспомнила, как он легко покрошил монстров, ждавших нас у края защитного круга в первое утро в запретном лесу, и покачала головой:
— Я знаю, что доводилось. Ты отличный фехтовальщик, и оружие у тебя всегда под рукой. Один на один с кем угодно ты справишься, но сколько у тебя времени, прежде чем нахлынет откат? Что, если сражение затянется?
— А, ты об этом, — Боуер озадачился. — Чем выше уровень дара, тем больше времени до отката.
— Плюс надо учитывать состояние здоровья, — тогда его хватило на несколько минут, но в запретном лесу Боуер фактически умирал.
Поддерживало его только мое усиление, которым я и пользоваться-то не умела.
— Боуеры не заточены под долгие битвы, — вздохнул парень. — Но в коротких сражениях нам нет равных!
— А архимагам и в долгих битвах равных бы не было, — хмыкнула я. — Ты смог бы создать огнестрел?
За разговором мы вышли из столовой, не спеша направляясь в лекционный корпус. Обычно обсуждать способности между магов не принято, но, если бы Боуер не захотел отвечать, он бы так и сказал.
— Огнестрел? Без проблем, — гордо ответил парень. — Любую железную вещь. Любую вещь, если быть совсем точным, только сделана она будет из железа.
— Плот?
— Да, но он утонет, — рассмеялся Боуер.
— Корабли же не тонут, — возразила я. — Хотя… для этого понадобились бы инженерные знания.
— И прорва сил, которых у меня еще нет, — хмыкнул он.
— Значит, ты мог бы создать огнестрел с бесконечным запасом пуль? — вернулась я к своему вопросу.
— Нет, это значит, что я мог бы создать огнестрел, который не стреляет, — поправил меня он. — Не думаю, что смог бы воспроизвести механизм оружия. Этому нужно учиться специально. Арбалет — возможно, но насчет тетивы не уверен. Она тоже будет железной, и придать ей нужные свойства…
— То есть надо заморочиться, — понятливо кивнула я. — Учитывая более простые решения в виде холодного оружия — бессмысленно. Если ты не архимаг.
— Хорошо. Убедила, и с моим даром архимагом быть хорошо, — рассмеялся Боуер.
Посмеиваясь, мы вошли в класс и прошли к своим местам.
Как же не хочется слушать лекцию. И без того целую ночь сиднем сидела — сейчас бы рвануть куда-нибудь на природу, побегать, покататься на велике — они есть здесь вообще? Как-то внимания не обращала.
Я запросила у Томаса устройство велосипеда, убедилась, что да, таки есть, и с удвоенным сожалением уставилась на вошедшего лектора.
У бодрости есть свои минусы. Хочется движения, а не вот этого всего.
Интересно, Рисса умеет ездить на велосипеде? Я когда-то умела, но навык за годы подзабылся. Надо будет проверить. Додумались тут до аренды велосипедов, или покупать придется?
Поток мыслей, никак не связанных с лекцией, прервал громкий взрыв. Здание вздрогнула так, что стулья попадали вместе с сидящими на них учениками.
Время будто замедлилось, и я, лежа на полу, увидела, как он покрывается трещинами, готовый под мощью взрыва разлететься на осколки.
— Усилься, — велела я зданию, касаясь ладонью пола.
И время помчалось вскачь.
Магия хлынула мощным потоком, укрепляя межмолекулярные связи внутри рушащегося под воздействием энергии взрыва здания. Словно живой, пол бился у меня под ладонью, одновременно разрываемый и соединяемый двумя противоположными силами. Мгновение до разрушения — и я поймала это мгновение своей магией.
Тяжело оперевшись о пол второй ладонью, я села так, чтобы пульсация здания не помешала мне касаться пола. Я понимала, что, прервись этот контакт, и здание просто взлетит на воздух.
Вот только, каким бы ни был огромным запас сил архимага, он все же конечен. И я впервые с того момента, как появилась в это мире, ощутила свой предел.
Надолго меня не хватит.
Но надолго и не надо.
После первых мгновений паники наш преподаватель очень четко и быстро построил моих одноклассников на эвакуацию. И, судя по топоту, который я ощущала буквально телом, быстро сориентировался не он один.
Всего-то нужно продержаться, пока все не покинут здание.
— Клэр? — позвал Боуер.
— Иди, — велела я. — Мне ты ничем не поможешь.
Парень растерянно кивнул. Не уверена, что хоть кто-то понимал, что именно происходит, но лектор даже не попытался позвать меня на эвакуацию.
Наверное, потому, что от моих рук по полу — и дальше по стенам, потолку, всему зданию — растекался жидкий свет.
А затем вдруг напор разрушительной энергии ослаб. Я почувствовала дуновение ветра, и увидела, как возле открытого окна стоит Тим, вокруг которого завихряется воздух. Воздух, который давит на стены здания снаружи, не давая им разлететься, снижая нагрузку на меня.