Я мысленно хмыкнула и уселась на свободное место. Какие-то взгляды не способны лишить меня аппетита. Не после стольких дней голодания.
Обед проходил в молчании. Бесшумные слуги расторопно приносили новые блюда, унося лишние тарелки, а я боролась с желанием поблагодарить свою официантку. Это ведь не ресторан, и никто из моих новоявленных родственников на обслуживающий персонал никакого внимания не обращал. А я не хотела давать повод коситься на меня.
Не стоит привлекать лишнего внимания, пока я хоть немного не разберусь в происходящем.
А когда перед нами поставили чашки с местным аналогом чая, заговорила маменька.
— Ты ужасно выглядишь, Рисса, — заявила она. — Я запишу тебя к мастеру. Лайош тебя отвезет.
— А Лайош — это кто? — меня ничуть не задели слова женщины.
Рисса была очень красивой безо всяких мастеров, и переубедить меня в этом чужие слова точно не могли. Но отказываться и спорить я тоже не собиралась. Интересно ведь.
— Это твой личный водитель, — поджала губы маменька.
Пф. Вам никто не мешал собрать персонал и представить их мне, когда я только приехала. Не догадались — ваши проблемы, слушайте теперь вопросы. Амнезия, она такая, требует много отвечать.
Разумеется, вслух я этого говорить не стала. Зачем усугублять конфликт? Эти люди для меня чужие, но мне с ними жить под одной крышей.
— Хорошо, — покладисто согласилась я. — Хочу еще поменять гардероб. Мне положены какие-нибудь деньги?
— Тебе по-прежнему доступен твой банковский счет, — с долей презрения ответил папенька, словно я спрашивала об очевидных вещах.
По-прежнему — пф. Меня не проймешь презрительным тоном.
— И как я могу получить доступ к этим деньгам? — не сдавалась я.
— С помощью твоей счет-карты, разумеется, — теперь к презрению добавилось разочарование.
Видимо, папеньке кажется, будто я при всей родне демонстрирую собственную тупость. Неужели он не понимает, что такое амнезия?
— Моей счет-карты? — переспросила я. — Той самой, которая вместе с остальными моими вещами сгорела в самолете?
Конечно, я могла ошибаться, предположив, что счет-карта — это обычная банковская карточка, как в моем мире. Но, если окажется, что это какой-нибудь вшитый в тело чип, я просто скажу, что пошутила. Или сошлюсь на амнезию, о которой, похоже все — ха-ха — забыли.
Мужчина сердито нахмурился, а маменька возмутилась:
— Что за тон, Кларисса!
Значит, не ошиблась.
— Ты можешь восстановить ее в любой момент, нужно просто обратиться в банк, — процедил папенька.
— А что насчет документов? — снова задала я пробный вопрос.
— Их уже восстановили. Кавена их тебе принесет, — хмуро ответил он.
О, прекрасно, документы тут тоже не вшиваются в тело.
— А Кавена — это?
— Твоя личная горничная! — едва сдерживая возмущение, ответила маменька. — Она привела тебя сюда!
Да что ж они злые-то такие? Что им сделала бедная Рисса?
— Да? — невинно похлопала я ресницами. — Спасибо. Все было очень вкусно. Я могу идти?
— Обед заканчивается, когда из-за стола уходит глава семьи! — гневно остановила меня маменька.
— Хорошо, — я откинулась на стуле и взялась рассматривать родственников.
Чай я уже выпила и делать мне было совершенно нечего. И цедить остатки напитка, как это делали остальные родственники в ожидании, когда можно встать из-за стола, я не собиралась.
На меня посматривали, но, встретившись со мной взглядами, отводили глаза. Любопытно. Похоже, Риссу в семье не особо любили. Интересно, почему?
Из-за инцидента, о котором упомянул при встрече папенька? Но что такого могла она устроить, чтобы вызвать такую неприязнь?
Или дело вообще в другом?
Ладно, не важно. Пока это не самая серьезная проблема.
Я уже пару минут пялилась на главу семьи, и он, наконец, не выдержал.
— Кларисса, ты можешь идти, — гневно объявил он.
— Правда? Вот спасибо! — я лучезарно улыбнулась и торопливо покинула столовую, пока он не передумал.
Прощаться не стала — все равно еще за ужином увидимся.
Память на этот раз почти не подвела, и в свои комнаты я вернулась практически без проблем, так, поплутала немного.
И сразу обнаружила, что в мое отсутствие здесь кто-то был. Потому что в гостиной на столике лежал конверт, которого здесь не было, когда я уходила. Как-то неприятно, что сюда имеют доступ посторонние, хотя дворецкий предупреждал об уборке. Вот, еще вопрос, о котором надо бы подумать.
Я заглянула в конверт. Ага, документы. Наконец-то познакомлюсь с новой собой!
Здесь была идентификационная карта личности, удостоверение водителя — я умею водить? — медстраховка и сертификат о магической одаренности. Из первого я узнала, что мое полное имя — Кларисса Аберэ, мне двадцать лет и родилась я в тот же день, что и в прошлой жизни. А из последнего — что мой магический уровень равен нулю, а магия не пробуждена.