Потому что тренер, покосившись на мой сертификат, наотрез отказался взять меня в группу боевой подготовки. И меня это совершенно не устраивало.
— Но почему — нет? — возмутилась я. — Я ведь маг! А магов вы учите!
— Девушки не воюют, — безапелляционно заявил он. — Я не возьму на себя такую ответственность. Все равно вы толком ничему не научитесь, а самомнение толкнет в самое пекло. Погибнете — кто будет виноват?
— Вы! Потому что отказались меня обучать! — вспылила я.
Это его не переубедило.
Странно, да?
Так что пришлось наблюдать, как мальчишки учатся сражаться, со стороны. И раздумывать, как бы эту несправедливость исправить.
— Он прав, — на мое ворчание после занятий неожиданно не поддержал меня Дамиан.
— Боуер! — я возмутилась.
— Сражаться с монстрами опасно. Ты ведь девушка. Ты слабее мужчин, и всегда…
— Боуер, — перебила я его. — Да усиление — это моя специализация! В бою я могу стать сильнее любого парня. И вообще! Ты что, забыл, что я через запретный лес прошла? И это без навыков боя! Насколько эффективнее я стану, если меня научить?
Он задумался и нехотя признал:
— Да… если с этой стороны смотреть, оно, конечно…
— Если я тренеру то же самое скажу, он согласится? — понадеялась я.
Боуер покачал головой:
— И не мечтай. Он принципиальный.
— Но что тогда делать? Есть тут другие учителя? К кому можно обратиться?
— Другие… вряд ли возьмутся, — покачал головой Боуер. — С любого строго спросят, случись что. Но… есть вариант брать частные уроки.
— Сюда впустят частного тренера? — усомнилась я.
— Нет, — подтвердил мои сомнения парень. — И тебя не выпустят. Поэтому тебе стоит поискать тренера среди других учеников.
— Боуер? — я невинно улыбнулась.
— Нет, — немедленно открестился он. — Я не рукопашник. И у меня точно не получится обучить фехтованию девушку.
— И кого тогда посоветуешь? — озадачилась я.
С Боуером было легко — он мог согласиться по-дружески. А вот другие парни…
— Генрих хорош, — признал он. — Но он точно не согласится. А вот Тим…
— Тим? — недоверчиво переспросила я.
— Я понимаю, это странно, но… знаешь, объективно он — лучший в рукопашном бою в нашем классе. И он… ну, его время наверняка можно купить. Если предложишь хорошую цену, он, может, и согласится.
— Тим. Тот самый Тим, который меня ненавидит черной ненавистью? — на всякий случай уточнила я.
— И, возможно, его соблазнит возможность бить тебя на легальной основе, — пошутил Боуер.
Или не пошутил.
— Я не хочу, чтобы меня били. Я хочу научиться бою как раз для того, чтобы меня не били.
— Значит, будешь учиться с энтузиазмом, — подбодрил парень.
Издевается ведь…
— Энтузиазма у меня и так хватает. А другие варианты?
— Все остальные заметно слабее именно в рукопашке. Ты, конечно, можешь поспрашивать, но маги редко нуждаются в деньгах, так что с большой вероятностью откажут.
Я немного подумала:
— Тим, значит, да?
— Ты серьезно? — изумился он.
— А ты что, меня разыграл? — я прищурилась. — Он не лучший?
— Нет! Он действительно в этом хорош, но… это же Тим? Как ты вообще себе представляешь его уговоры?
— Я что-нибудь придумаю, — отмахнулась я. — Спасибо, Боуер, ты — настоящий друг!
— Как ни странно, но я стараюсь, — он улыбнулся.
День, так прекрасно начавшийся, стремительно портился. Но причин откладывать дело не было. Не будет подходящего момента — Тим Нейсен не смягчит своего отношения к ненавистной Риссе. И трусливо откладывать разговор, прикрываясь желанием обдумать свои аргументы, не лучшая тактика. Только потрачу лишние нервы.
Поэтому я перехватила парня сразу после ужина.
— Тим, надо поговорить, — зашагала я рядом.
— Не о чем, — его голос прозвучал неожиданно равнодушно.
Я даже восхитилась. Вот это самообладание!
— У меня к тебе предложение.
— Нет.
— Даже не выслушаешь?
Он пошел быстрее, намереваясь оторваться от меня, но я не отставала. Я умею быть настойчивой.
— Сразу нет, — а вот теперь прорезалась злость.
— Я заплачу! — посулила я.
Тим остановился и уставился на меня с искренним изумлением:
— Что?!
— Мне нужен тренер по рукопашному бою. Я слышала, ты лучший среди учеников.
— Нет, — он опомнился и пошел дальше.
— Нет — не лучший?
— Нет — я не согласен, — поправил он.
— А если подумать? Если бы это не я просила, а кто-то другой — ты бы согласился?