— Где мы?! — скривив лицо от боли, еле слышно произнес я.
— Очнулся?! — девушка оглянулась. — Это хорошо!.. Помощь уже выдвинулась за нами!.. Так что потерпи еще немного!.. А домик этот, наверное, когда‑то был охотничьим, но наши люди, когда его нашли, для себя подготовили…. Ну, для подобных случаев, как сейчас!.. Там на чердаке… — пальцем указав куда‑то наверх, продолжала объяснять девушка. — Радиостанция!.. Вот благодаря ней я и вызвала помощь!.. Правда, когда тащила тебя сюда, все боялась, что генератор не заведется…. Но все обошлось!.. — девушка улыбнулась и, подхватив со стола бутыль с водой и небольшую железную чашку, медленно подошла ко мне и присела рядом на край кровати. Затем, подлив воду в чашку, она извлекла из нее кусок марлевой ткани и промокнула им мои губы.
— Я знаю, ты пить хочешь… — Тихо сказала она, чуть поднажав на тряпочку, и я почувствовал, как по подбородку и шее пробежали прохладные ручейки. — Потерпи, пожалуйста!.. Нельзя тебе пить сейчас!.. С таким ранением вообще удивительно, что ты выжил, так что не будем усугублять!..
— Ты добрая!.. — тихо произнес я, облизывая губы. — И милая очень!..
— Молчи!.. — Широко улыбаясь, ответила на комплимент девушка и убрала руку от моего лица. — Тебе и говорить тоже, кстати, не следует!.. Так что молчи!.. Да, и что там с температурой твоей?! — вздохнув, спросила она, наверное, сама себя и приложила прохладную влажную ладонь к моему лбу. — Угу!.. — покачала она головой. — Горячий!.. Но уже не так сильно!.. У тебя жар был просто дикий!.. Ты бредил!.. Что‑то много бормотал про какого‑то Кипиша, про музыку еще что‑то было….
— А бандиты, что за нами гнались?! — спросил я, вдруг вспомнив про недавнее короткое сражение.
— Отступили!.. — спокойно ответила девушка. — Я еще одного подстрелила, остальные, видимо, не рискнули преследовать!..
— Хорошо!.. — удовлетворившись таким ответом, произнес я.
— Повезло просто!.. — девушка усмехнулась. — Могло быть и хуже!..
— Могло… Меня это…, кстати, Фартом зовут… — прошептал я, стараясь запомнить эти приятные, несмотря на боль, минуты. — А тебя?
— Карина!.. — ответила девушка и снова промокнула тряпочку водой, а затем негромко рассмеялась. — Фартовый ты наш!..
— Карина?! — немного удивившись, переспросил я, не обратив внимания на смех.
— Карина!.. — подтвердила она и улыбнулась. — А что тут такого?!
— Ну, я как‑то привык уже, что тут всем прозвища дают!..
— Да ладно тебе!.. — девушка посмотрела мне прямо в глаза. — Каждый сам вправе выбрать себе имя…. Я вот такое выбрала!..
— Карина… — прошептал я, улыбаясь. — Красивое имя!..
— Мне тоже нравится!.. — сказала девчонка и хихикнула. — Все!.. — она развернула влажную ткань и аккуратно положила мне на лоб. — Давай, отдыхай!.. Тебе силы нужны!..
— Карин!.. — окликнул я девушку, когда она уже поднялась с кровати. — Зачем ты со мной возишься?!
— Знаешь, Фарт!.. — посмотрев на меня, произнесла девушка. — Я, кажется, поняла, что ты хочешь услышать!.. Но, считай, что это услуга за услугу!.. Ты помог мне…, ну, а я постараюсь не дать тебе умереть!.. — она улыбнулась и закончила. — Отдыхай!..
Больше мы не разговаривали. Некоторое время я задумчиво лежал на кровати, размышляя о последних событиях, изредка поглядывал на Карину, сидящую у окна, под тусклым светом горящих свечей, перебирающую свой автомат, а потом и вовсе уснул….
— Сашка!.. — воскликнула молодая девушка, буквально вбежав в комнату. — Отгадай загадку!.. — она присела на живот только что проснувшегося парня, отчего тот немного скривил лицо.
— Ты чего, зай?! Рань такая!.. А ты вскочила!..
— Загадку отгадай, говорю!.. — девушка поцеловала парня в нос и продолжила. — У меня две полоски, но я не бурундук!..
— Аха — ха!.. — рассмеялся Саша и попытался освободиться. — А кто ты?! Бурундук, конечно!.. Постой!.. — он пристально посмотрел девушке в глаза. — Вик, ты серьезно сейчас?! — улыбаясь во весь рот, переспросил парнишка.
— Ага!.. — радостно взвизгнула девушка и нежно стукнула парня по груди. — Еще как!..
— Ну, ты, блин…, — восхищенно протянул он. — Даешь!..
— А то ты — блин, понятно?! У нас дитя скоро будет!.. — девушка потрепала Сашу по щекам. — Сначала вот такая… — она развела ладошки в стороны. — Потом вот такая!.. А потом вот такенная большая дитя!.. Ты рад?! Нет, ну ты рад?!
— Конечно, солнышко!.. — Саша нежно поцеловал девушку в щеку. — А там бурундук, случайно, не в курсе: мальчик будет или девочка?!
— Нет!.. Молчит, как партизан!.. — девушка рассмеялась и обняла любимого. — Сашка, я так рада, что ты у меня есть!..
Не знаю, сколько времени мне удалось подремать, но, когда я открыл глаза, девушки за столом уже не было. Стараясь как можно меньше шевелиться, я попытался приподнять голову и отыскать ее взглядом. Вскоре я увидел, что она спит на полу возле печки, подложив под голову мой розовый рюкзачок. При виде этой картины мне стало как‑то не по себе, и я твердо решил уступить девушке место на кровати. Когда же я начал приподниматься на локтях, то почувствовал невыносимо острую боль, от которой в глазах снова все потемнело, и я потерял сознание.
Дверь палаты распахнулась, и мужчина нехотя открыл глаза. На пороге стоял грузный санитар. По его внешнему виду было понятно, что он очень устал и давно не спал.
— Александр Михайлович, вас там главврач видеть хочет!.. — стараясь говорить как можно тише, произнес он.
— Сейчас?! — переспросил Саша, и санитар кивнул в ответ. — Блин, после укола я вообще не соображаю… Секунду, Миш, сейчас выйду!.. — произнес он, поднимаясь с кровати.
Громко шаркая тапочками по полу, мужчина двигался за санитаром, оставляя позади множество коридоров и лестниц. Наконец, подойдя к одной из многочисленных дверей заведения, медработник сначала постучал, а потом завел Сашу внутрь небольшого кабинета. За тумбовым столом у окна сидел достаточно пожилой мужчина в очках и белом больничном халате. Увидев, что в кабинет вошли люди, старик вышел из‑за стола и, подойдя к Александру, протянул руку:
— Здравствуй, Саш!.. — произнес он, обмениваясь рукопожатием. — Садись!.. — главврач указал пациенту на стул и снова вернулся на свое место. — Как самочувствие?
— Бывало и лучше!.. — с сарказмом ответил Саша.
— Хм… Понятно!.. Ладно, давай ближе к делу!.. — старик задумчиво потер лоб и, порывшись в какой‑то папке, лежащей на столе, положил широкий лист бумаги перед Александром. — Это для перевода в новый корпус!.. Подпиши, и тебя проводят!..
— А, легко!.. — стараясь изобразить радость, произнес Саша и подхватил со стола ручку. — Даже читать не буду!..
— Там тебе лучше будет!.. — буркнул доктор.
— Ага!.. Звучит только как‑то зловеще!.. — мужчина усмехнулся и поставил подпись в документе, а затем встал со стула. — Я свободен?!
В ответ доктор лишь недовольно кивнул. Видимо, он ожидал немного другого общения с пациентом, но было ясно, что результат его полностью устроил. Подойдя к двери, где все это время тихо стоял санитар, Саша, обернувшись, как‑то грустно спросил:
— Петр Васильевич, мы еще увидимся?!
— Непременно!.. — улыбнувшись в ответ, произнес старик. — Непременно!..
И снова долгое блуждание по коридорам, звон ключей, и грохот дверей. Затем облачение в тулуп и валенки, а после выход на морозный воздух. Немного побродив по узеньким расчищенным от снега дорожкам, Саша вместе с санитаром приблизился к куполообразному бетонному строению небольших размеров. У его подножья располагалась громоздкая дверь, возле которой стоял молодой человек, тепло одетый в военную форму.
Дверь, ведущая внутрь строения, распахнулась буквально перед носом санитара, и впереди появился еще один человек, в темном пуховике с накинутым на голову капюшоном, с седой коротенькой, но достаточно густой, бородой.
— Здравию желаю, товарищ полковник!.. — воскликнул солдат, все это время, видимо, охраняющий проход внутрь здания.
— И тебе не хворать, сынок!.. — басовито ответил бородатый и прошел мимо, мельком взглянув на пациента с санитаром. — Не простудись!..