Он не может сдержать тихий стон.
Бейн с довольной улыбкой отстраняется от него, и в этот момент он как никогда раньше похож на хитрого кота.
Алека словно окатывают ледяной водой. Он затравленно дышит. Хочет побиться головой об стенку из-за того, что его собственное тело его предало… И одновременно хочет вернуться к этим губам, сминать их своими, страстно, влажно, глубоко.
— Ну и что это было?
— Я хотел заставить их действовать, — как ни в чем ни бывало тянет Магнус.
Алек чертыхается себе под нос. Ну конечно, они с Бейном договорились свести своих друзей, и это просто была часть плана. Необговоренная часть плана.
Можно провалиться под землю прямо сейчас? Ведь если раньше Магнус только подозревал о чувствах Алека, то сейчас…
Хотя стоп. Какие это еще чувства? Он действительно только что подумал о чувствах к главной королеве драмы всея Нью-Йорка? Как вообще можно было?
Даже в мыслях его оправдания звучат, как лепет студента, не подготовившегося к экзамену.
Лайтвуд оглядывается за спину и понимает, что там, где недавно стоял Стайлз, пусто. Дерек тоже исчез из поля зрения, но стоило посмотреть немного вправо… В другой ситуации Алек бы победно улыбнулся, увидев, как Дерек тащит куда-то Стайлза, бесцеремонно схватив его за руку. Но не сейчас.
Он оборачивается к Магнусу с ярко-горящим румянцем на щеках. Хочет отступить хотя бы на шаг назад, потому что в чужих объятиях слишком душно, жарко и немного стыдно.
Но Бейн не дает ему этого сделать, крепче сжимая свои руки на его талии.
— Они уже ушли, — с намеком произносит Алек и снова делает попытку вырваться.
— И что?
Магнус лишь закусывает губу, и это совпадение, что у Алека именно в этот момент перехватывает дыхание.
— Почему ты все еще меня держишь?
— О боги, это он!
— Да, Стайлз. Это он. Дерек Хейл. Твой парень.
Алек закатывает глаза. И с чего он вообще взял, что что-то изменится? Он все так же вынужден выслушивать про великолепного Хейла, только теперь в двойном объеме. Но он не жалуется, потому что и сам кое-как сдерживает себя, чтобы не начать воспевать оды Магнусу Бейну.
Хотя одно все же изменилось. Стайлз теперь не думает о том, что у Хейла большой член. Он это знает наверняка.
Часть 15. Магнус/Мэттью
— Мэтт, — Магнус хрипит и двигает бедрами вперёд. Умелый рот на его члене, горячий язык и обжигающее дыхание творят невообразимые вещи. По телу прокатывается волна дрожи, доводя до безумства, и Магнус комкает в кулаках простынь.
Ему даже плевать, что она не шелковая.
— Мэтт, — жар рта и розовые пухлые губы на головке.
Мэттью расслабляет горло и берет глубоко, выпускает изо рта, чтобы насадиться вновь, втягивая щеки.
— Мэтт, — Магнус кончает бурно, изливается в рот любовника и обессилено отпускает простынь из ослабевших пальцев.
Даддарио доводит себя до разрядки двумя рваными движениями ладони. Терпкая, теплая сперма попадает на бедро Магнуса, на смятую простынь, и Мэтт падает рядом.
Матрац глухо скрипит.
Комната 23 в дешёвом мотеле на затерянной между проспектами улочке Бруклина давно стала их вторым домом. Потёртые стены, потёртая мебель. Потёртая жизнь.
Номер, как отражение их душ.
В номерах 22 и 24 за тонкими стенами так же скрипят матрацы, спинки кроватей бьются о стены, страстные стоны разрезают тишину ночи. За окном лают дикие, не прирученные собаки, беснуясь под полной луной. По коридору мимо двери проходит консьерж, шлёпая тяжёлыми ботинками по скрипящему полу.
Спертый воздух смешивается с ароматами секса и забивается в ноздри.
Магнус никогда бы не предположил, что будет спать с мужчиной из другого мира в захудалом мотеле.
Магнус никогда бы не признался, что в этом мотеле он почти счастлив.
Почти.
На большее он не может рассчитывать.
Здесь его хотя бы понимают и дарят необходимый покой.
Потому что Магнус в глазах Мэтта видит тот же холод, в прикосновениях читает ту же тоску, в движениях различает ту же рваность и недосказанность.
Они стоят на краю обрыва и умирают от фантомной боли, сдавившей ребра.
Они одинаковые.
И их души одинаково разделены на две части, из которых им принадлежит лишь одна.
Их знакомство начинается в одном из многочисленных баров Нью-Йорка, куда Магнус открывает портал. Точнее, он вообще не знает куда открывает портал. Просто хочет убраться подальше от пронзительных голубых глаз и яркой руны союза на руке. Она причиняет почти физическую боль. Заставляет задыхаться от безысходности и тонуть в безмолвной ярости.