– И кверху по другой стороне, – шепчу я и полагаюсь на ее осторожность.
С таким же неистовым старанием Ана проводит линию вверх по моему правому боку. Широко раскрыв глаза. Со страхом. Добравшись до моего плеча, она останавливается.
– Вот, готово, – шепчет она хриплым от сдерживаемых эмоций голосом и убирает руку с моего тела, давая мне краткую передышку.
– Нет, еще здесь.
Я провожу пальцем у основания шеи над ключицами. Ана вздыхает и рисует там красную черту. Когда заканчивает, ее голубые глаза встречаются с моими серыми.
– Теперь спину. – Я шевелюсь, и она слезает с меня. Я поворачиваюсь к ней спиной и поджимаю ноги. – Продолжи линию и проведи ее на спине так же, как на груди.
Я не узнаю свой голос: он кажется мне чужим, словно я покинул собственное тело и наблюдаю со стороны, как прекрасная юная женщина укрощает монстра.
Нет. Нет.
Цени эти минуты, Грей.
Живи ими.
Прочувствуй их.
Перебарывай страх.
Я отдаю себя на милость Аны.
Моей любимой женщины.
Кончик помады ползет по моей спине. Я горблюсь и, закрыв глаза, терплю боль. Она пропадает.
– Вокруг шеи тоже? – У нее грустный голос.
Она меня подбадривает. Мой спасательный круг. Я киваю, и боль возвращается, пронзает кожу ниже линии волос.
Потом, точно так же внезапно, опять исчезает.
– Готово, – сообщает Ана.
Мне хочется кричать от облегчения с вертолетной площадки на «Эскале». Я поворачиваюсь к Ане лицом. Она разглядывает меня. И я знаю, что рассыплюсь на мелкие осколки, если увижу на ее лице жалость. Но ее нет. Ана ждет. Терпеливо. Сдержанно. С сочувствием.
Моя Ана.
– Таковы границы, – шепчу я.
– Они меня устраивают. Но прямо сейчас я хочу наброситься на тебя, – говорит она. Ее глаза сияют.
Наконец-то!
Свое облегчение я выражаю ухмылкой и протягиваю к Ане руки.
– Ну, мисс Стил, я весь в вашем распоряжении.
Она визжит в детском восторге и бросается в мои объятия.
Ого!
Она опрокидывает меня, но я уворачиваюсь, так что она оказывается подо мной и хватает меня за бицепсы.
– Итак, билеты на отложенный сеанс действительны, – шепчу я и жадно впиваюсь в ее губы.
Ее пальцы крепко вцепились в мои волосы, а я не могу оторваться от губ Аны. Она стонет, ее язычок сплетается с моим, в нашем поцелуе есть что-то безоглядное, неукротимое. Ана прогоняет от меня тьму, и я пью ее свет. Адреналин подхлестывает мою страсть, Ана не отстает от меня. Я хочу, чтобы она разделась. Я сажаю ее, стягиваю с нее через голову футболку и бросаю на пол.
– Я хочу чувствовать тебя.
Мои слова звучат возле ее губ, а сам я в это время расстегиваю на ней бюстгальтер и отбрасываю в сторону. Снова толкаю ее на кровать и целую грудь. Мои губы играют с одним ее соском, а пальцы теребят другой. Она кричит, когда я сильно сосу его.
– Да, малышка, я хочу слышать твой голос, – говорю я, касаясь губами ее разгоряченной кожи.
Она извивается подо мной, а я продолжаю ласкать. Соски отзываются на мои прикосновения, вытягиваются, твердеют. Ана шевелится, изгибается в ритме, продиктованном ее страстью.
Она богиня.
Моя богиня.
Она тянет меня за волосы. Я расстегиваю пуговицу на ее джинсах, потом «молнию» и залезаю ей в трусики. Мои пальцы без труда добираются до своей цели.
Черт возьми.
Она поднимает бедра, трется о мою ладонь, а я нажимаю на клитор, и она мяукает подо мной. Моя рука стала скользкой от смазки.
– Ох, малышка, – шепчу я и приподнимаюсь, чтобы взглянуть на ее искаженное желанием личико. – Ты так промокла.
– Потому что я хочу тебя, – хнычет она.
Я снова целую ее губы, и мои пальцы входят внутрь ее. Я жадный. Я хочу всю ее. Мне нужна она вся.
Она моя.
Моя.
Я сажусь, хватаюсь за пояс ее джинсов и стаскиваю их быстрым движением. Запускаю пальцы в ее трусики и снимаю.
Встаю, вынимаю из кармана блестящий конвертик и бросаю его Ане, затем быстро сбрасываю джинсы и трусы.
Ана разрывает упаковку и глядит на меня голодными глазами. Медленно надевает на меня резинку. Я хватаю ее за руки и перекатываюсь на спину.
– Ты. Сверху, – приказываю я и сажаю ее верхом на меня. – Я хочу тебя видеть.
Медленно вхожу в нее.
Блин. Она. Такая. Сладкая.
Я закрываю глаза и выгибаю бедра, когда она принимает меня. Из меня вырывается воздух вместе с долгим, громким стоном.
– С тобой так хорошо. – Я еще крепче держу ее. Я не хочу ее отпускать.