– Он прямо универсал.
– Да, так и есть. Ты очень хорошо выглядишь, Анастейша. Ну, за нас. – Я поднимаю бокал и чокаюсь с ней.
Она делает глоток и зажмуривается, наслаждаясь вкусом вина.
– Как ты себя чувствуешь? – интересуюсь я при виде розового румянца на ее щеках, одинакового цвета с шампанским. Мне интересно, долго ли она вытерпит эти шарики.
– Спасибо, нормально. – Она застенчиво улыбается.
Сегодняшний вечер обещает получиться забавным.
– Возьми, тебе это понадобится. – Я протягиваю ей бархатный мешочек с маской. – Открой его.
Ана запускает руку в мешочек, вытаскивает серебряную маску и проводит пальцами по перьям.
– Это ведь бал-маскарад.
– Понятно. – Она с изумлением рассматривает маску.
– Маска не скроет твои красивые глаза, Анастейша.
– А ты наденешь маску?
– Конечно. В маске чувствуешь себя свободнее.
Она усмехается. А у меня есть для нее еще один сюрприз.
– Пошли. Я хочу тебе кое-что показать.
Беру ее за руку и веду по коридору в библиотеку. Мне даже не верится, что я не показывал ей эту комнату.
– У тебя библиотека! – восторженно пищит она.
– Да, Элиот называет ее «комнатой шариков». Как видишь сама, апартаменты у меня вместительные. Сегодня, когда ты сказала про исследование, я сообразил, что еще не показал тебе всю квартиру. Сейчас некогда, но я решил привести тебя в эту комнату. Может, в недалеком будущем мы сыграем с тобой в бильярд, если ты умеешь.
Горящими глазами она смотрит на собрание книг, на бильярдный стол.
– Сыграем, – подтверждает она с самодовольной усмешкой.
– Что? – Она что-то скрывает? Она умеет играть?
– Нет, ничего, – торопливо отвечает она, и я понимаю, что она хитрит. Вообще-то лгунья из нее никакая.
– Что ж, может, доктор Флинн раскроет твои секреты. Ты встретишься с ним сегодня вечером.
– С этим дорогостоящим шарлатаном?
– С ним самым. Он умирает от желания побеседовать с тобой. Ну что, поехали?
Она кивает. В ее глазах светится восторг.
Мы едем в непринужденном молчании, сидя на задних сиденьях. Я вожу большим пальцем по ее ладони и ощущаю возрастающее ожидание. Она все время ерзает, кладет ногу на ногу и снова их выпрямляет, и я понимаю, что шарики делают свое дело.
– Где ты взял помаду? – неожиданно спрашивает она.
Я тычу пальцем в кресло водителя и одними губами произношу его имя.
Она смеется. Но внезапно замолкает.
И я знаю, что это опять шарики.
– Расслабься, – чуть слышно шепчу я. – А если тебе невмоготу…
Целую поочередно ее пальцы и тихонько сосу ее нежный мизинец, ласкаю его языком, как она недавно делала с моим указательным пальцем. Ана закрывает глаза, запрокидывает голову и вздыхает. Когда она открывает их снова, они затуманены желанием. Она награждает меня коварной усмешкой, а я лишь кротко улыбаюсь.
– Так что же нас ждет сегодня вечером?
– Ох, обычная чепуха, – беззаботно отвечаю я.
– Для меня не совсем обычная.
Конечно. Когда она могла попасть на такой благотворительный бал-маскарад?
Опять целую ей пальцы и объясняю:
– Куча народу будет хвастаться своим богатством. Аукцион, лотерея, обед, танцы – моя мать умеет устраивать приемы.
Наш «Ауди» присоединяется к цепочке дорогих авто, направляющихся к дому моих родителей. Ана жадно смотрит по сторонам. Я гляжу в заднее окно и вижу, что Рейнолдс из группы охраны следует за нами на другом «Ауди Q7».
– Надеваем маски. – Я вынимаю свою из черного шелкового мешка, лежащего рядом со мной.
К дому мы подъезжаем уже в масках. Ана импозантна. Она ослепительна, и я хочу похвастаться ею перед всем миром. Тейлор останавливает машину, и кто-то из слуг открывает мою дверцу.
– Готова? – спрашиваю я.
– Как всегда.
– Ты выглядишь замечательно, Анастейша. – Я целую ей руку, и мы выходим из машины.
Обнимаю Ану за талию, и мы идем вдоль дома по темно-зеленой дорожке, которую мать взяла напрокат ради этого события. Я оглядываюсь через плечо и вижу, что четверо наших секьюрити идут за нами, зорко глядя по сторонам. Это успокаивает.
– Мистер Грей! – зовет один из фотографов. Я крепче прижимаю к себе Ану, и мы позируем для снимка.
– Почему два фотографа? – спрашивает Ана.
– Один из «Сиэтл таймс», другой для снимков на память. Потом мы купим фото.
Мы проходим мимо цепочки слуг, которые держат бокалы с шампанским. Я протягиваю бокал Ане.
Мои родители выложились по полной, как делают это каждый год. Павильон, перголы, фонарики, черно-белые клетки танцпола, ледяные лебеди и струнный квартет. Я наблюдаю за Аной – она с благоговением глядит по сторонам. Мне приятно оценивать ее глазами щедрый размах моих родителей. Нечасто я получаю возможность на миг задуматься и понять, как мне повезло, что я оказался рядом с ними.