Она обнажила его полностью — пламенеющая красноватым отблеском изогнутая сталь, и объяснила:
— Самурайский меч. Их не точат до бритвенной остроты, чтобы не сломался при ударе о доспех.
— А ваш... — он протянул рукоятью вперёд зеленый клинок принцессы, который даже на вид был острее.
— Мой — лучшей работы, — она забрала оружие и убрала в ножны: — Такой предосторожности не нужно.
— Надеюсь, так ты разминаешься перед праздником? — неожиданно раздался сзади голос императора. Тардеш, вздрогнув, обернулся.
— Сидите, сидите, господин драгонарий, — рядом с императором стоял молчаливый наставник и с интересом разглядывал призрака. Итиро Явара продолжал:
— Я знаю, что ты недовольна своим грядущим замужеством, но что дело кончится этим...
Драгонарий посмотрел на жениха — под ним, по потемневшим штанам и полу растекалась заметная лужа. Издалека вполне можно было принять за кровь.
— Папа! Всё совсем не так! Мы... показывали фокусы, и с ним случился припадок!
— Правда, господин драгонарий?
— Да, товарищ император. К сожалению, одна из иллюзий спровоцировала приступ эпилепсии.
— Иллюзий? — император демонов посмотрел на человека-святого: — Глубокоуважаемый Сэнсей...
Старик понял с полуслова, и телепортировавшись к пострадавшему, склонился над его лицом:
— Да, он жив. Это припадок, — в подтверждение его слов нога Эйро задергалась: — Осторожнее! К счастью, судя по его штанам, всё уже закончилось, он скоро придёт в себя.
Император Итиро недовольно нахмурил брови. Кто-то из слуг побежал за дверь, кто-то вернулся. Стало заметно теснее, служанки что-то объясняли вновь пришедшим, которые бросали неодобрительные взгляды на них, на принцессу, на Императора и его спутников. Поставивший диагноз «святой» вернулся к Императору.
Тардеш попытался завязать разговор с человеком:
— Так быстро? Вы применили магию?
— Нет, — покачал головой человек: — Просто у него завидное здоровье. Вы не поили его чаем или вином? — посмотрел он на свою ученицу.
— Нет, — сказала та, ещё не совладавшая с собой: — Специально не поила.
— Хорошо. Его лекарь встретился нам на галерее, пусть гвардейцы позовут. Разумеется, на соревновании ему лучше не присутствовать.
— Простите, Ваше Величество, о каких соревнованиях идёт речь?
— О борьбе. В честь злодейски убитого дяди-инока, — и пристально посмотрел мимо плеча Тардеша на жениха.
Эйро Кирэюмэ поджал губы и попытался встать, но его удержал лысый узкоглазый демон в мешковатых одеяниях.
— Тогда может и тебе лучше остаться с ним? — посмотрел на дочь император.
— Папа! Ты же обещал! А я уже обещала... — она оглянулась, ища поддержки: — Господину драгонарию!
Господин драгонарий посмотрел на девушку, искреннее радуясь, что лицо невидимо, и одно его выражение не выдаст собеседницу с потрохами:
— Ваше высочество? — пейзаж в виде валяющегося на полу жениха как-то не соответствовал каким-то запланированным мероприятиям.
— Помните, что вы обещали? Наш спор?
— И на что же был спор? Драгонарий-доно?
— Госпожа принцесса?
— На одно желание. Так?! Каждая моя победа — одно желание!
— Ладно, — улыбнулся Тардеш: — На желание так желание.
— Смотрите, драгонарий-доно, не попадите в беду. Это — самая бедовая голова из всех моих наследниц, и кто знает, что она выкинет? — и ласково потрепал по голове подошедшую к нему дочь.
— Папа! Причёска!
— Извини, извини. Ты точно намерена участвовать в сегодняшних состязаниях?
— Конечно. Я даже доспех под платье надела. И Ичи-но мёбу ждёт меня у площадки с полотенцами и горячей ванной.
— Ну, хорошо.
...Когда они все шли по коридору — Тардеш согласился посмотреть празднества, и принцесса с отцом ушли вперед, драгонарий спросил оказавшегося рядом «святого»:
— Скажите, товарищ наставник, та великая земная империя, о которой вы, то есть, ты говорил, это случайно не Рим из Библии?
— Да, он самый. Вавилонская блудница и так далее. Познакомились с литературой, товарищ Тардеш?
— Да нет, просто у меня есть одна знакомая христианка. С ней увиделся — вспомнил.
— Ваша знакомая змея?!
— Практикуете магию предвидения?
— Практикую чтение газет. Что же это вы её сюда не пригласили?! Она нашего мира больше не увидит.