Мы называем их «Небесными Реками». Всего известно пять: так, Ганга — единственный путь на райские планеты, «дорога богов», хоть она и одна, зато протекает всю вселенную насквозь, начинаясь даже выше Армавати, столичной планеты Индры и кончаясь где-то в необозримых глубинах Ада. Кстати, очень удобный путь, только вот очень много на ней государственных границ. Дальше: средние миры. Здесь две реки — Ахерон, это миры людей, ракшасов, киннаров, больших обезьян и других, и Лета — на ней расположен Амаль, и другие миры призраков, питов, сиддхов и других, подобных существ. Они параллельны, и сообщаются меж собой только через Гангу и адские реки, нигде не пересекаясь. Как вы понимаете, Лета — главный бич нашей Республики, обрекающий наше государство на вечное соперничество в гонке вооружений с Красным Императором. Звездная карта может удивить разбросанностью миров, колонизированных Республикой, но стоит посмотреть на карту сверхпространства, как всё сложится в геометрически правильную, идеальную фигуру. Смотрите. Вот что такое Лимес.
Теперь, самое интересное: ваша родина. Она здесь, смотрите: Ад делят между собой Флогистон и Стикс, впадающие друг в друга. Ваша планета находится как раз неподалёку от их места слияния, поэтому, может и называется «Краем Последнего Рассвета»? Флогистон соединяет меж собой все горячие адские миры, а Стикс — все холодные. В своих верховьях Флогистон впадает в замкнутый на себя Ахерон, а Стикс — в Лету. А вот после вашей планеты они идут в одном русле, так как там, в Била-Сварге, уже нет горячих миров. Этот отрезок ещё называется «Дорогой демонов». Высшие демоны — не чета вам, продлили её до Земли, где она соединяется с Гангой. Смотрите... Земля — второй такой же важный узел вселенской топографии, как и ваша планета, и договоры о её нейтралитете берегут мир во Вселенной уже несколько сотен лет. Возможно, нейтралитет и независимость Вашей Империи станет таким же гарантом мира и для адских планет... Но для начала нам надо подавить этот несвоевременный мятеж... Так, а теперь объясняю маршрут: к сожалению, напрямик пройти в Била-Сваргу мы не можем, поэтому предпримем такой обходной маневр... — Мацуко не дослушала, потому что в тот момент двери разъехались, и прямо ей навстречу вышел Сэнсей.
По-прежнему в своём репертуаре наставник встретил её поклон с таким видом, будто бы она и должна была здесь находиться.
— Добрый день, уважаемый учитель.
— Здравствуй, Малышка. Знаешь, твой отец посылал меня, очень беспокоясь, как ты там, одна наедине с больным падучей наместником...
— О, мужчины так непостоянны, Учитель! У него появились убедительные причины оставить меня...
— Надеюсь, ты не вспомнила опять уроки Вшивого Отшельника?!
— Нет, Учитель, не понадобились! А.. как вы догадались? Он наябедничал?
— Ни в коем случае. Я заметил синяки на его пальцах ещё вчера.
— А... простите Учитель...
— За что? — наставник-человек с удивлением посмотрел на принцессу демонов.
— Ну, просто... возможно, если бы я его не бросила на пол, у него бы не было припадка позже, и ваша ученица бы не опозорила вас, потеряв лицо...
— О каком позоре идёт речь? Про этот припадок никто не узнал, кроме его ближней свиты.
— То есть? — удивленно раскрыла глаза Мацуко. Ведь сам Кирэюмэ, только что...
— Он мужчина, а ты его невеста. Это ОН потеряет лицо, если признается в том, что на свиданиях с женщиной ему ломают пальцы так, что он падает в обморок... Или ты думаешь, в твоем положении есть один недостатки?
— Я даже не думала с этой стороны. Мне он говорил, что всё всем известно и позор мой неизмерим.
— А-а, понятно... Ты опять торопишься взять на себя все грехи этого мира. Очень плохо, если он не случайно попал в твоё самое слабое место... Давай-ка, пойдём отсюда, чтобы тебя отец не застукал.
Они спустились до изведшей себя беспокойством Фу-но найси.
— Кыш, — сказал Сэнсей розововолосой фрейлине: — Я сам её доведу.
И повернулся к ученице:
— Давно мы с тобой не занимались. А ты оказывается, не забросила ни тренировки, ни магию. Как, кстати, твоя мускулатура? Ну, понятно. Это ты, егоза такая, никогда не запускала. Ты и заклинание иллюзии, наконец, освоила, не повесила нос, узнав, что Школа тебе не светит?
— О, учитель, только со скуки! Зачем мне теперь всё это! Мне теперь не вершины мастерства светят, а четыре стены, десять детей и талия воот такой ширины!.. И это ВЫ меня на такое обрекли!