В одном из таких лагерей их однажды построили посотенно на площади, и эмир их полка — тот самый бородатый ракшас, объявил:
— Клянусь всеми шайтанами, я не видел ещё более отвратительного войска! Вы не солдаты — вы дерьмо! Настоящие солдаты пройдут сквозь вас и не заметят! Поэтому, с сегодняшнего дня, вы, кроме марша, будете проходить подготовку! Я сделаю из вас ещё настоящих воинов! — и ушел.
Перед их сотней выступил Теймур, натаскавший зачем-то кучу камней:
— Так, построиться по росту... — а когда все выполнили приказ, продолжил: — Запомните самое главное: мы — башибузуки. Мы не чета обычным солдатам, так что не стройте из себя героев в бою. Наша задача — не убить как можно больше народу, а как можно дороже продать свою жизнь. И в этом очень помогает правильный строй. Сейчас я вас распределю по линии, и чтоб каждый запомнил своё место, и вставал туда даже с закрытыми глазами! Помните — один башибузук меньше чем ничего, а фаланга башибузуков — ужас для врага! Итак, начнём. Помоги мне, — из строя вышел один из старослужащих — тот самый, что смог сбить принцессу с ног.
По приказу все положили копья. Сотник с помощником пошли с разных сторон, кидая в солдат камни с криком: «Лови».
— Что они делают? — спросил Яван у Хасана.
— Вот оно. Жеребьёвку проводят. А может и не так это называется, не помню. Салах рассказывал: говорит, если будут в тебя камень кидать вот так, то как хочешь извернись, хоть задницей, да лови. Не дай Аллах увернёшься, или хуже того — не пошевелишься. Тогда точно в первый ряд поставят.
— А, понятно.
Старослужащий тем временем подошел к ним: «Лови» — кинул камень он Явану. Тот спокойно, будто с полки, поймал его в воздухе. «Молодец» — сказал он, и крикнул Теймуру:
— Яван, правый фланг, второй-третий ряды! — и Явану: — Запомнил?!
— Третьего на флангах не будет, только второй! — ответил Теймур.
— Значит, второй. Жаль, ты мне начал нравиться, — и перешел к Хасану: — Лови! Как тебя зовут? Так, Хасан — тоже правый фланг, второй ряд!
— Который Хасан?!
— Я, дядюшка!
— Ладно.
Старослужащий пошел дальше:
— Касым! — маленький ракшас зажмурился, скрючился и не увернулся.
— Касым, первый ряд! Правый фланг!
— Калим! — высокий сутулый ракшас принял камень на грудь с улыбкой.
— Калим... — с презрением измерил его взглядом старослужащий: — Первый ряд! Центр!
Потом их перестроили по новому порядку, пока ещё в одну линию. Теймур для тренировки погонял их туда-сюда: из строя «по росту» в строй «по порядку», потом зевнул, и спросил:
— Кто-нибудь из вас считать умеет?
Поднялся невнятный ропот.
— Ну, ничего, этому мы вас научим, — сотник поднял растопыренную пятерню и начал считать, загибая пальцы: — Бир, ики, юч, дёрт, беш... — и так далее, до десяти. Потом, показав им оба сжатых кулака, добавил:
— Пока все они вам не нужны. В общем, так, запоминайте новую команду: когда я говорю: «На первый-второй рассчитайсь!», вы должны, начиная с правого фланга, рассчитаться: «первый — второй», понятно? Нет. Ну, показываю, — он подошел и спросил у крайнего справа — невысокого, чуть полнеющего мальчишки:
— Ты что должен говорить?
— Да...
— Да не «дакай», ты мне тут, тупая башка! Ты должен сказать: «первый»!
— Первый... — еле слышно пролепетал тот.
— Ну, хорошо, — офицер перешел к Явану: — А ты?
— Второй, — ответила Мацуко.
— Молодец. Следующий?
— Третий?! — предположил третий.
— Да нет же, балда, опять «первый»! Я же сказал на «первый-второй», а не на «первый-второй-третий-десятый»! Ну, хоть ты Хасан меня не подведи!..
— А, что вы сказали?
Вся сотня хохотнула.
— Молчать, идиоты! Так, давайте сначала... На «первый-второй», рассчитайсь!
— Первый!
— Второй!
— Первый!
— Второй!
— Первый!
— Второй!
— Первый... — и так, удивительно гладко, пробежала по строю волна переклички...