Тот вывел вперёд Явана — как самого понятливого из всех, и на его примере показал все позиции:
— А теперь запомните новый приём, это главное что пригодится вам на настоящей войне. Копейный строй, позиция к бою — это всё когда мы преследуем противника, когда он как баба бежит от нас, а мы готовенькие прицеливаемся ему, куда мужику положено. Но от нас враг чаще не бежит, а наоборот — бросается очертя голову, ища настоящей мужской любви. Поэтому надо достойно встретить. «К обороне»! — по команде, копьё упереть древком в землю позади себя, и ближайшей ногой наступаем на него. Правильно, Яван! Молодец! Ну, так запомните — в такую стойку встают только первые ряды, или те, кто остался вне строя! А так же — фланговые, каждый в сторону своего фланга. Остальные делают «к бою» — иначе они заколют впередистоящих. Как первый рад убивают, следующие должны враз же стать к «обороне». Яван, вернись. По моей команде, первые ряды ложатся, вторые занимают их место, и так далее. Ну-ка, к обороне!
Все, кроме Явана, легли. Ну и он, немного погодя — тоже, чтоб не выглядеть единственным дураком.
— Встать! Я что сказал, «ложись»?! Я научу вас исполнять команды! Слушай снова...
— Теймур-ата, а если на нас не кавалерия, а слоны или другие чудовища пойдут? Тогда как строиться? — спросила под конец муштры дочь императора, зная про подвох.
— Ну, тогда по-другому, да. Это первый строй становится «раком», второй упирает копья в землю, и ногами им на спину, а третий к обороне между их копьями. Ну, этому пока вас учить рано — вот встретим слонов, начнём.
Недовольный гул строя на этот раз был направлен на Явана.
...На следующем привале Теймур наконец-то вздумал обучать их приёму «коли». Тренировочным снарядом служил мешок с укреплённым поверх черепом демона.
— Смотри, молодцы! Вот так надо врага на своё копьё подсаживать. Запомните, это не грабли, нечего ими размахивать, коли — и всё! А чтоб колоть, как следует, выжимай древко, как свои шаровары! Теперь по одному подходи и показывай, давай, Яван, ты первый. Коли!..
...Ещё одна остановка — их учили колоть строем. Уже четверть сотни мешков качалось под перекладиной, и, под барабанный бой, все сотни полка синхронно кололи эти бессловесные жертвы. Потом, на вбитых в землю чурбаках оттачивали приёмы против огражденных щитом противников — первый ряд должен оттащить в сторону щит, а второй — колоть. Мацуко подумала-подумала и сказала Хасану, что при такой тактике первый ряд — совершенные покойники. Ведь во второй руке обычно меч или копьё. Хасан сначала не понял:
— Тебе что больше всех надо? Вон старослужащие тебе до сих пор не простили и драку, а ты про строй на слонов заикнулся. А теперь... нафиг, а? Всё равно заставят! — они опять маршировали рядом, покидая мёртвый город, и вдали уже виднелся белый туман очередного перехода между мирами.
— Нет, ты не понял, смотри: в идеале передний отодвигает щит, а я, то есть второй, быстро колю под него. Так?
— Ну и чем ты недоволен?
— Ну, где ты видел солдат, что с одним щитом бегают. Я говорил про вторую руку. Я бы, на месте этого щитоносца, вместе со щитом бы поднял меч и проткнул бы и первого и второго.
— Мудришь, Яван...
— Нет, вот погоди, будет привал — покажу.
— Ай, показывай-не показывай, — Хасан махнул рукой: — Если поперёк строя думать, так, то что... — внезапно сзади разлился жемчужный свет: — Что это такое?
Все задрали головы. Ослепительно блестящая, как драгоценная бусина в ожерелье, над ниткой армии промчалась вимана — корабль, на котором Сэнсей прибыл в Край Последнего Рассвета. Принцесса Кадомацу сразу узнала его, и вздрогнула от испуга, когда аппарат промчался над головой. Но, вроде пронесло. Слегка пульсируя, воздушная колесница пролетела мимо — к зыбкому выходу с планеты.
— Видал, Яван?
— Ага.
— Что это, как думаешь?
— Корабль, на котором путешествуют пророки и ангелы. Я видел один такой в столице.
— Это, наверное, пророк, который жену наместника воспитывал, — с видом знатока изрёк Теймур.
— Смотри-ка, возвращается!..
И вправду — сделав невероятный для любого летучего средства, сделанного не в Раю, разворот назад — без паузы, без виража, просто с такой же скоростью назад, корабль вернулся к 26-му полку, завис над пятой сотней, осветил её слепящим лучом прожектора, и из сияния вдруг возникла старческая рука, крепко схватила Явана за кушак и втащила внутрь!