В первую схватку её не пустили. Салах сказал, что пусть сначала выйдут слабейшие. Ну что же — у принцессы был отличный шанс понаблюдать за схватками со стороны. Хотя она и продрогла — до невозможности!
Защищавший титул борец имел право заказать для себя наиболее подходящую густоту грязи — в жидкой было легче двигаться, но труднее удержать захват, а в густой — мягче падать, но в ней же с лёгкостью вязли ноги. Удары были запрещены, сопернику «старшего» присудили поражение за удар коленом, но приёмы не отличались разнообразием — в основном задняя подножка или силовая «мельница» — поднять противника над головой, под крики зрителей, и уронить со всего размаху. Приём был так популярен, что его пытались выполнить даже те, кому он был явно не по комплекции — и падали в грязь вместе с соперником.
Наконец подошла очередь Явана. Его выставили против крепкого на вид, заросшего седой щетиной ветерана со зверским выражением лица. На удивление, глина оказалась тёплой — сколько смогла, Мацуко даже согрелась.
— Я тебя поставлю «раком» и поимею!.. — с хрипотой в голосе пообещал соперник принцессе.
Они сцепились. Рывок — и на лице ветерана отразилось недоумение. Где уж ему — ракшасу, справиться с младшим демоном Разрушения! Ещё рывок, и шершавая мозолистая рука, соскользнув, лапнула колено. В третий раз девушке это надоело, и, сделав шаг в сторону, она подставила свою руку поперек движения вражеской шеи. Налетев на неё кадыком, как всадник об ветку, седовласый хвастун по инерции сделал чуть ли не полное сальто, и с размаху грохнулся спиною в жидкую грязь, подняв фонтан брызг выше Явана.
— Победила пятая сотня! — объявили на всю толпу.
Кадомацу огляделась и увидела рядом Али Язида, пока что чемпиона, тоже аплодировавшего её победе.
...Следующий попытался сделать Явану подножку, но тот спокойно шагнул ему в подколенный сгиб ноги и так же спокойно уложил в грязь, стопой удерживая колено на болевом. Оглянувшись, принцесса увидела в соседнем корыте Калима, только что уронившего соперника, прыгнувшего ему на плечи. «Интересно» — подумала она, и позже, в схватке за пятое место, уложила соперника, выполнив в прыжке «ножницы» ногами за его шею. Они вместе упали, и судью ещё спорили, победа это или ничья, но соперник Явана сам признал себя побеждённым и поздравил башибузука с победой и красивым приёмом.
Всё чаще бывало, что товарищи Явана выбывали, побеждённые в схватке. Тогда команды сходились ещё раз, исключая проигравших, пока кто-нибудь не выигрывал.
В схватке за третье место выбыли все, кроме принцессы, но и она не смогла победить, полагаясь только на грубую силу, как раньше, — а только ловя каждого болевым на кисть.
Решающее — второе место, их заставили отвоёвывать дважды — демонесса, хвастаясь силою, подняла противника одной рукой, схватив за горло, судьи посчитали это удушающим, а удушающие были запрещены. И пятой сотне снова пришлось бороться, за, казалось бы, выигранное место.
А впереди была схватка с командой Али Язида...
Им всё-таки дали отдохнуть. Борцовские корыта заняли новые пары, тоже рвущиеся через всех побеждённых ими к пьедесталу. Пятой сотне ещё повезло — когда они начинали, было что-то около двадцати претендентов, а сейчас их число перевалило за полусотню, а ещё не выступившие записывались под трёхзначными номерами — Мацуко слышала это, благо за её спиной как раз располагались судейские столы.
Больше их беспокоили, конечно же, не эти неудачники, а чемпионы. Али Язид подобрал в свою команду великанов, подобных себе — даже самый маленький был повыше Салаха, да пошире в плечах, чем Яван.
Но самое неприятное то, что в команде победителей было пятеро бойцов — на одного больше, чем у них. Это означало два раунда в любом случае, если не все пять — с такими-то богатырями!
После намаза принесли факелы, расставили по углам — лоснящиеся тела борцов в их свете стали выглядеть крупнее и рельефнее. Раздался сигнал, приглашающий к бою. Опять Касым, довольный своей удачей, растёр их маслом, немного полюбезив с Салахом на ушко. Тот ласково потрепал его по ягодицам, оставив на шароварах маслянистый оттиск пятерни. Остальные, правоверные, дружно скривились, изображая отвращение, и они все ступили в корыта.
Силач, высотой, наверное, с настоящий рост демонессы, взял руки Явана в захват. Ещё до последнего сигнала она успела оглядеться — Язид в схватке не участвовал, из всех товарищей Явана в самом выгодном положении оказался Салах — ему достался наименьший противник. Третий сигнал — и это оглядывание едва не стоило принцессе победы — борец сделал быстрый рывок, и чуть не бросил её через бедро. Уже в падении, она освободилась от захвата, и, обернувшись вокруг его руки, будто гимнастического бруса, с лёгкостью снова оказалась на ногах. Противник упал от этого маневра на одно колено, Мацуко, дёрнув его за ту же руку, уронила на бок, а потом перевернула на спину и прижала коленом своим.