— Какая интересная татуировка у Вас между лопаток. Я её у Вас заметила, когда Вы были в вечернем красном платье. Оно немного выглядывало тогда.
— Роза? — я ничуть не удивилась.
— Да, Дениз! Правда, она у Вас небольшая. Когда Вы её успели сделать? Наверняка, Вы сделали её в знак любви?
— Не помню. Ты же знаешь, что определённый период своей жизни я не помню. Я родилась заново и живу сегодняшним днём, не думая ни о чём. Ладно, Диана, ты так мне не посоветовала. Что одеть. Пожалуй я остановлю свой выбор на длинном белом платье, похожем на рубашку, а ноги обую в кроссовки. Я же иду не на приём. Верно, Диана?
— Дааааа! — протянула служанка, не зная, что ещё сказать. — А волосы?
— Пусть лежат, как хотят, — был мой ответ, так как уже через пять минут я была готова к предстоящей прогулке. Как вернусь, жди.
— Стойте, мадмуазель! — я остановилась, услышав за спиной окрик служанки.
— Что? — я уже была в нетерпении, так как уже хотелось быстрее выйти на улицу, где в ожидании меня папа, наверняка, сделал дырку на ступеньках.
— А тот парень? На балу, помните с неприятным взглядом?
— Какой? Ты, Диана, говоришь про того русского с синими глазами? Давай потом. Мне надо бежать.
— Неэээт, — голос девушки насторожил. Я не понимала, о ком она говорит.
— Диана, тогда было столько людей, которых я видела впервые. Среди них было много молодых людей. О ком речь?
— Да этот, как его, — собралась с духом Диана. — Он, кажется, родом из Англии. Как же его зовут? — девушка потерла пальцами свой лоб, пытаясь вспомнить. — Рипли, — осенило её. — Рипли. Джастин Рипли. Точно, верно.
— Ииииии, Рипли, был, вроде, такой. Я его не запомнила. Что дальше, Диана? Меня папа ждёт.
— Он на балу так смотрел на вашу татуировку под бретельками платья. Помните, Дениз, он поначалу был рад Вас видеть, улыбался Вам, но когда Вы повернулись к нему спиной, увидел вашу татуировку и побледнел лицом, даже почернел и стал зол, как туча. Резко ушёл, даже отдавил мне левую ногу. До сих пор она болит.
— Ты, наверно, ошиблась. Может, ему позвонили, и он по этой причине был расстроен, ну этот Рипли. О котором ты мне говоришь.
— Неэээээт, — Диана была напугана. — Я не ошиблась. Ваша роза напугала его. Это точно. Он после этого кому-то позвонил и о чём-то ругался с кем-то по телефону. Эх! Я хотела бы знать, о чём он болтал.
— Всё, Диана, потом поговорим. Тебе точно показалось, — я вылетела за дверь в коридор и быстрыми шагами направилась к парадному входу, где действительно от нетерпения отец нарезал круги, шагая туда, сюда широким шагом.
— Наконец-то, — отец чмокнул меня в щёчку. — Куда, дочка, пойдём?
- Не знаю. Давай пройдёмся по улицам, что находятся вблизи нашего дома. До парка идти далеко. Да он и у нас самих есть.
— Идём, — затем я взяла отца за руку, и вместе дружно зашагали по дорожкам нашего парка в сторону центральных ворот.
— Па, как называется эта улица? — я указала отцу на одну из улиц, по которой как раз мы проходили.
— Улица Возрождения, кажется, — поделился своими географическими познаниями отец.
— А давай перейдём улицу. Вон я вижу пешеходный переход, — и потянула отца за собой. Пешеходов было мало, так же, как и машин. И приготовилась перейти дорогу первой, считая, что машины будут на красный свет.
— Осторожно, Дениз, — крикнул громко отец. Я краем глаза заметила, как в замедленной съёмке, со второго ряда стоявших на запрещающий знак светофора автомобилей, прямо на меня движется серая машина с тонированными стёклами. Я не успела увидеть ни самого водителя, ни государственных номеров. Перед глазами успела пройти вся жизнь. Меня изнутри обуял чисто животный страх, что я сейчас могу умереть. Включился инстинкт самосохранения. Я со всех ног понеслась к другому краю дороги. Серая машина едва успела меня задеть. Я успела и поэтому не погибла. Сердце не успело испугаться. Всё успело произойти за несколько секунд, но казалось, что прошёл целый час. Я сидела на корточках на земле, находясь в нервном состоянии, отходя от шока только теперь сердце в груди начало отчаянно колотиться.
— Боже, я могла умереть! — шептали мои губы.
— Дочка, с тобой всё в порядке? Ты цела? — ко мне подбежал отец, проверяя меня со всех сторон.
— Я в порядке, папа, — сказать что-то большее я не могла. У меня не хватало сил для других действий.
— Дениз, этот водитель хотел тебя убить, — папа был серьёзно напуган. — Надо идти в полицию, но вначале я вызову для тебя скорую.
— Папа, не надо, — я стала сопротивляться, так как не очень хотелось снова оказаться в больничных казематах под пристальным вниманием врачей и медсестёр. — Я в порядке. Идём домой, пожалуйста.