— Очень рад с вами познакомиться, мадмуазель Натали. Много о Вас наслышан, представьте. Господин мне много о Вас рассказывал.
— Хорошее или плохое? — стало любопытно узнать, что бывший шеф мог обо мне рассказать своему адвокату.
— Не волнуйтесь, мадмуазель Натали, господин Эжен говорил о Вас только хорошее.
— Я не сомневалась, господин Брок. Я тоже рада с Вами познакомиться! Мадам Мадлен сказала мне, что Вы, господин Брок, хотели зачем-то встретиться. Я только не понимаю зачем. У нас с Вами нет никаких общих дел. Я вас вижу впервые в своей жизни. Вы не могли бы мне объяснить……
— Называйте меня Максимилиан. Так проще.
— Нет, я не хочу господин адвокат обращаться к вам по имени. Для этого мы с Вами недостаточно знакомы. И Вы, если не трудно, обращайтесь ко мне мадмуазель Ростова. Так будет проще.
— Нет, я не хочу, господин адвокат, обращаться к вам по имени. Для этого мы с Вами недостаточно знакомы. И Вы, если не трудно, обращайтесь ко мне мадмуазель Ростова. Так будет проще.
— Хорошо, я понял Вас, мадмуазель Ростова. Нам нужно втроём — мне, Вам и мадам Мадлен незамедлительно проехать в мой офис. Я должен выполнить волю господина Жана Эжена. Больше сказать не могу. Остальное узнаете в моём офисе.
Адвокатишка оказался настырным. Я не ожидала от него такой прыти. Только почему-то он мне не нравился.
— Господин Брок, пока я не узнаю о состоянии господина Эжена что-либо, я отсюда не сдвинусь с места. Мне нужно быть уверенной, что ему лучше.
— Но мадмуазель Ростова. Дела не могут ждать, — адвокат проявил настойчивость.
— Нет, пока я что-то не узнаю, никуда с Вами не поеду.
— Вы, русские, умеете быть упрямы, — начал жаловаться адвокат.
— Что поделаешь, господин Брок, такова наша натура.
— Доктор идёт, — пролепетала Мадлен. — Мадмуазель Натали, доктор.
Да, она не ошибалась. К нам спешил средних лет мужчина, одетый в белый, пребелый халат с маской на лице и шапочкой на голове.
— Доктор, как он? — бросилась к нему с вопросами Мадлен.
— Ситуация стабилизировалась. Господин Эжен находится в тяжёлом состоянии. Будем надеяться на лучшее. Нам удалось добиться улучшения его состояния. Но он пробудет в реанимации ещё какое-то время.
— слава небесам, — облегчённо вздохнула Мадлен.
— Ему ничего не угрожает? Как долго господин Эжен будет в таком состоянии, доктор? Скажите, — бросилась и я пытать доктора. Ожидание меня убивало, отбирая последнюю надежду на улучшение.
— Я же сказал, опасный период миновал. Но мы пока не можем сказать, как инсульт сказался на здоровье господина Эжена. Дальше будет видно. Пока рано о чём-то говорить.
Вскоре доктор покинул нас с Мадлен. Адвокат не уходил, молча наблюдая за нами со стороны.
— Мадмуазель Ростова, Вы получили новости о господине Эжене. Не соизволите вместе с мадам Мадлен проехать в мой офис. Он находится недалеко от этой больницы.
— Вы несносны, господин адвокат. Я же вам сказала, — господин Брок меня начинал уже бесить.
— Мадмуазель Натали, нам лучше проехать с ним. Прошу Вас очень это сделать, — я не ожидала, что Мадлен станет меня так упрашивать. Её синие глаза умоляли, просили, смотря на меня, и я не смогла устоять под очаровательным напором.
— Хорошо, Мадлен, только по вашей просьбе.
— Спасибо, — произнесла секретарша шефа тихо.
— Господин Брок, ваша взяла. Где ваш офис? Едемте.
— Я же говорил, — обрадовался адвокат. — Давно бы так.
Я не знала, что господин Брок собирался мне сообщить.
Через некоторое время мы были на месте. Офис адвоката тоже не внушал мне доверия. Вся мебель в его кабинете имел обшарпанный вид: стулья, стол и единственный шкаф. Только старый сейф имел солидный вид. Он был похож на старого полицейского. Я кое-как преодолев собственную презгливость, уселась на краешек стула. Мадлен сделала также как и я, но она села на самый край стула, что был под ней.
— Слушаю Вас, господин адвокат. Вы заставили нас покинуть больницу. Мы приехали в ваш офис. Теперь я жду объяснений, зачем я Вам была нужна. Странно, что Вы являетесь адвокатом господина Жана Эжена. Я удивлена.
Мне уже не терпелось покинуть кабинет господина Брока. Он был каким-то отталкивающим, мне совсем не хотелось с ним общаться. Я приготовилась услышать его объяснения. Мадлен же молчала, не встревая в мой разговор с адвокатом.
— Мадмуазель Ростова, немного терпения. Необходимо достать кое-какие бумаги, подписанные моим любезным другом господином Жаном, — тон голос адвоката раздражал. Он был настолько заискивающим, что мне хотелось взять и уйти. Но чопорная вежливость заставила меня сидеть на месте и ждать. Но кто-то может заставить меня молчать.