— Я не могу без тебя, — и девушка бросилась меня неистово целовать, включая в процесс и меня.
— Как она меня нашла? — стал я недоумевать про себя, а затем вспомнил, что говорил девушке, где я живу.
Я тоже включился в процесс, покрывая лицо девушки поцелуями, срывая с неё одежду, и мы снова с ней оказались в постели, но теперь уже в моей кровати, на которой больше месяца назад я кувыркался с Натой. Я так был увлечён сексом с Анной, что не услышал трель звонка входной двери, не распознал звук открывающегося замка родным ключом. А через некоторое время на пороге спальни стояла ошарашенная Ната, увидевшая сцену, что развернулась перед её глазами. Я даже не заметил её присутствия, потому что в первую минуту Ната стояла, не зная, что сказать. На пол полетели сумки, что она держала в руках. Услышав этот звук, мы с Анной поняли, что не одни в комнате и отпрянули друг от друга.
— Как ты мог? — прозвучал в возникшей тишине голос Наты.
— Мы это…когда ты приехала? — дальше я не знал, что сказать ей. Всё и так было ясно.
— Сашка, как ты моооог? Мы с тобой собирались пожениться! Я тебе говорила, что приеду и всё объясню! Мы с тобой собирались пожениться! Как ты мог? Что ты натворил?
— Ната, это не то, что ты думаешь, —пытался я оправдаться.
— Чтооооооо? — прозвучал крик Наты. — Ошибка? Ты голый в нашей постели с неизвестной мне девицей. Ты не мог мне просто сказать, что между нами всё кончено, и я не стала бы тебе навязываться. Почему? За что? Сашка, что я тебе сделала?
— Ната, послушай! Это обычная минутная слабость. Ты и сама виновата, бросила меня.
— Мыыыыыы, должны были пожениться, Сашка, ты понимаешь, ты мне дал слово. Я же не навязывалась тебе. Как ты не понимаешь. Что ты натворил. Тыыыыы всё уничтожил, всё, во что я верила, — на лице девушки не было лица. Оно сильно побледнело и напоминало восковой лик покойника.
— Простите, — услышал я неожиданно голос Анны. — Я уйду. Разбирайтесь сами, это ваше семейное. Не хочу вмешиваться, — и обнажённая Анна, ничуть не стесняясь, подобрав свои вещи, вышла за дверь.
— Ната, — пытался я притронуться к девушке. — Дай сказать.
— Не прикасайся ко мне, — прозвучал в ответ резкий, стальной и ледяной голос Наты.
— Ната, ты тоже виновата.
— Молчиииииии, — прозвучал холодный голос девушки. — Заткнись и закрой свой поганый рот, Александр. Для тебя Наты больше не существует. Будь добр называть меня полным именем, а лучше не произноси его вовсе. Я ненавижу тебя, ненавижу. Ты всё уничтожил своим подлым поступком. Там, во Франции я не изменяла тебе, даже не думала об этом. Там умирает человек, которому я обязана всем. Но тебе плевать. Он просил не говорить о нём и я обещала. В отличие от тебя, Волонский, я держу слово. Божеээээээээ, как мне стыдно. Какая грязь.
— Ната, мы можем всё забыть.
— Чтоооооо? — прозвучал гневный окрик девушки. — Молчи, Волонский, не открывай свой гнусный рот. Не произноси моё имя своим грязным языком. Я рада, что всё случилось сейчас, а не потом. Тогда было бы ещё хуже. Мне хватит сил пережить, хватит. Я любила тебя, любила, но ты, Волонский, всё уничтожил. Ты меня убил. Господи, оденься, не позорься.
Только теперь я заметил, что стоял перед Натой обнажённым и быстро оделся, пока говорил. На месте стоявшей передо мной девушки больше не было Наты, на меня смотрела холодная и ледяная Снежная королева, взгляд которой пронзал меня насквозь своим равнодушием.
— Я ухожу, Волонский. Не ищи меня больше. Несколько дней, будь добр, не заявляйся к родителям, не позорь их. Я сама им всё объясню. Свадьбы не будет. Прощай, вот возьми, это твоё. Оно мне больше не нужно, — и на пол полетело обручальное кольцо, со звоном подкатившее к моим ногам.
Девушка повернулась ко мне спиной и поступью королевы удалилась, не давая никакой надежды на прощение. Я же стоял, как дурак, не смея бежать за ней. Королева дала понять, что я ей больше не нужен.
Глава 7
— Какой же дать ответ господину Броку? — я металась в своей квартире и не знала, как поступить. — Если, приму его предложение, придётся остаться. Что же делать? Там в России родители и Сашка. Я совсем запуталась. Но и господина Эжена не могу оставить.
Позвонила в больницу, состояние старика не стало лучше, и господин Эжен до сих пор находился в реанимации. Я поняла, что мне нужно делать, потому что не могла допустить, чтобы Дом моды господина Жана обанкротился, ведь он вложил в него всю свою душу. Но для начала решила позвонить Сашке. Разговор между нами получился странным и резким. Жених обвинил меня в том, чего не было. Я взяла и просто отключилась, не понимая, почему разговор с Волонским не клеится. Всё было не ясно. Я не чувствовала его. Никак. На следующий день вместе с Мадлен в тот же час, как было договорено, мы оказались в офисе адвоката.