— Не надо. Ничего не объясняйте. Я слышала, что со мной. Я попала в аварию? Только не врите, — ожидая от мужчины ответа.
— Да. Ты попала в аварию. Но где она случилась, мы не знаем. Ты позвонила нам с мамой, попросила помощи, сообщила направление трассы и отключилась. Мы нашли тебя на дороге, но где была авария, некогда было искать. Ты, видимо, шла, упала. Мы тебя подобрали и привезли сюда.
— Вы не искали место аварии?
— Дениз, уже не важно. Мы нашли тебя и это главное. Нам нужно, чтобы ты была здорова. Это главное.
У меня почему-то возникало ощущение, что мужчина чего-то не договаривает, но он выдавал себя за моего отца. Наверно, это правда. Как плохо, ничего не помнить. Мне нечего было вспомнить. У меня не было прошлого.
— Я человек без воспоминаний, — и снова голову стала раздирать сильная боль.
— Доктор, доктор, моей дочери снова плохо, — прокричал пожилой мужчина.
Снова в палату кто-то влетел, мне сделали спасительный укол, и я опять уснула. Снова из мира грёз меня вывели чьи-то голоса. Они были женскими. Открыла глаза, чтобы посмотреть, кто присутствует в палате. Бросила вначале взгляд на знакомую уже медсестру Мари, а рядом с ней стояла немолодая женщина.
— Интересно, кто она? — промелькнуло в голове. — О, я не разучилась думать, — что даже радостно на душе.
— Мадмуазель Дениз, как Вы себя чувствуете? — спросила медсестра Мари.
— Всё хорошо, — решила, что лучше откликаться хоть на какое-то имя, чем быть никем. — Мари, Вы не могли бы мне помочь присесть, мне очень неудобно лежать. Надоело. Хочу немного присесть.
— Конечно, мадмуазель Дениз! — медсестра помогла мне с большой охотой принять сидячее положение. Теперь я более внимательно стала осматривать свою палату и пожилую женщину, стоявшую около моей кровати.
— Кто Вы? Я Вас не знаю!
— Дениз, доченька, ты не узнаёшь меня? Значит, Ален был прав. Ты потеряла память. Я очень хочу, Дениз, тебя обнять, но боюсь, что ты испугаешься. Позволь, обнять тебя.
Я молчала, не зная, что ответить.
Мадам приблизилась ко мне и слегка ласково обняла. Я же сидела и ничего знакомого не чувствовала. Эта женщина для меня была чужая.
— Дениз, доченька, мы молили небо, чтобы ты осталась жива.
— Я верю, мадам. Думаю, что так и было. Но я Вас не помню. Не обижайтесь. Я абсолютно ничего не помню. Считайте, что я человек без прошлого. Возможно, у меня и была жизнь Дениз, но я её полностью забыла. Пытаюсь вспомнить, но толка нет. Я человек без прошлого, без воспоминаний.
Через несколько дней доктор начал проверять меня на наличие разных навыков. Читать не разучилась, могла писать, в сохранности были и другие навыки. Помнила историю. Но вот свою собственную прошлую жизнь, полностью, забыла. Нервные реакции были в номе.
— Что-то не так, доктор? — мне нужно было знать, вернётся ли ко мне память.
— Всё не так безнадёжно, — произнёс доктор свой вердикт. Только врач был другой. Психиатр.
— У меня есть шансы, что память вернётся? Все говорят, что я Дениз Легран. Я же не помню, не могу сказать, Дениз я или нет.
— Такое бывает при потере памяти, — мадмуазель Легран. — Возможно, вернётся, а может, и нет. Всё зависит от разных обстоятельств. Вам нужен шок, толкатель. А так с Вами, мадмуазель Легран всё хорошо. Психика у вас в норме, отклонений я не вижу.
В больнице мне пришлось провести около месяца. Люди, что называли себя моими родителями, пытались всякими способами оживить мою память, но всё было бесполезно. Меня знакомили с новыми людьми, которых видела впервые. Кто-то называл себя моими двоюродной сестрой или братом, но я смотрела на них всех равнодушным взглядом. Мозг ни на миг не дал мне ответа, кто они есть для меня. Однажды захотела взглянуть на собственное лицо. Я попросила Мари принести мне зеркальце. Раньше было страшно так сделать. Отражение мне ни о чём не сказало. А что оно могло сказать, если лицо было обезображено.
— Неээээээт, — прозвучал мой душераздирающий крик. — Не помню себя, да ещё это. Как я буду жить?
В этот миг в палату влетела моя так называя мама и стала меня успокаивать, стараясь меня укачать, как ребёнка, ласково обнимая.
— Тихо, тихо, Дениз, успокойся. Мы вернём тебе лицо. Не переживай. Всё будет хорошо. Тихо.
— Мама, как тебя зовут? — звук её голоса меня успокоил.
— Одетта, как же я рада, что ты назвала меня мамой. Ты вспомнила меня, Дениз?
— Нет, но ваш голос мне очень нравится. Я буду Вас называть мамой. Вы же сами говорили, что являетесь моей мамой.
— Спасибо, Дениз.
И имя у Вас красивое, Одетта, как у принцессы — лебеди из Лебединого озера.