— Диана, у тебя есть вкус. Неужели тебе хочется всю жизнь работать служанкой? Иди учиться на дизайнера одежды или на модельера.
— Посмотрим, Дениз. Пока не знаю.
Служанка помогла соорудить на моей голове идеальную причёску, собрав из длинных волос, нечто похожее на корону.
— А драгоценности?
— Диана, мне кого смешить? Саму себя? Неээээт.
— Нет, Дениз, Вы не правы. В задвижке столика в коробочке лежат ваши драгоценности. Их недавно принесла мадам, ваша мать. Я их заботливо для Вас приготовила.
— Хорошо, уговорила, — из коробочки я ограничилась парой скромных золотых серёжек, напоминавших по форме капельки чистой воды. Они были такими милыми, отказавшись увешивать себя бриллиантами, полностью игнорируя мольбы Дианы.
К 15.00 я была полностью готова, и Диана показала мне дорогу в столовую, где проходил торжественный обед по поводу моего возвращения домой. Мы медленно спускались со служанкой на первый этаж, когда вдруг захотелось Диане задать вопрос.
— Диана, ты говорила о том, что меня не было в этом доме несколько лет? Да?
Нельзя было не заметить, что при моих вопросах глаза девушки забегали в разные стороны. Её лицо стало пунцовым, как будто она чего-то боялась.
— Простите, мадмуазель Дениз, я не могу Вам ничего сказать. Я в этом доме недавно. Боюсь, что я могу лишиться работы. Вечно мой длинный язык. Короче, я не знаю.
— Ничего не хочешь говорить? Диана, мне просто необходимо восстановить память, — как убедить эту упрямицу заставить что-то рассказать. Пришлось надавить на жалостливые нотки. — Пойми, я без памяти. Все мне говорят, ты наша дочка, а мы — твои родители. Я смотрю на людей и не воспринимаю их. Показывают незнакомые места и говорят, что я любила там гулять. А в моей душе пустой звук, тишина. Ничего внутри не откликается. Апатия и равнодушие. Диана, знаешь, как плохо не помнить своего прошлого. Меня убивает такое состояние. Согласна пожизненно иметь изуродованное лицо, но хочу знать, кто я есть. Сейчас спущусь в столовую на обед. А дом не мой. Всё чужое. Ты не понимаешь. Бесполезно говорить, что я чувствую.
— Не думала, что Вам так плохо? — по лицу служанки было заметно искреннее сочувствие. — Я завидовала тем, кто потерял память. Считала, что прикольно, вжик, тебя выключили, вжик, включили и ты никто, ничего не знаешь. А тут такое! М — да. Что сделать для Вас, Дениз?
— Расскажи всё, что знаешь обо мне.
— Дениз, я в этом доме недавно. Взяли из агентства. Особо не церемонились с тем, кто я есть. Удивительно. Обычно, с тебя спрашивают кипу бумаг, рекомендаций от прежних работодателей. А тут такое. Короче, я начала работать. Хозяева сразу сказали, что я буду личной служанкой молодой госпожи, то есть вашей помощницей. Только слуги же всегда обсуждают на кухне личную жизнь хозяев. Ну так вот, что было. Все удивлялись, откуда быть молодой хозяйке, если она пропала где-то в лесах Амазонии. Тела не нашли, вот и считалась дочь хозяев пропавшей. Но её никто никогда не видел, потому что все слуги работают на нынешних хозяев года или три. А молодая хозяйка не бывала дома лет пять. В общем, тайна покрыта мраком. Мне велено было молчать, но я большая болтушка. Забыла. Теперь меня уволят? — в глазах девушки читался неподдельный страх за потерю своего рабочего места.
Девчонка сообщила море важной информации, требующей времени для размышления. Прошлась по комнате, не зная, что делать дальше. Решила, что подумаю потом. А пока нужно было кое-что сделать.
— Диана, ты можешь выполнить мою просьбу? Но, может, опять проболтаешься? Сама же говоришь, что ты хорошая болтушка.
— Ага, обещаю, могила, зуб даю.
— Диана, оставь свои зубы при себе. Достаточно и слова. Хорошо, я тебе верю, — желудок недовольно заурчал, напоминая о том, чтобы я торопилась на обед. Правда, с утра я и маковой росинки не брала в рот. — Показывай, Диана, где столовая. Наверно, родители меня уже заждались?
Девушка провела меня по тёмным коридорам замка. Я сама никогда не нашла бы столовую.
— Дом величественен, — не заметила, что эти слова сказала вслух и их услышала Диана.
— Он огромен, Дениз, убирать не захочешь. Мы не успеваем. Левая часть дворца не обслуживается. Хозяева живут в правой. Но и здесь мноие комнаты закрыты. Не понимаю, почему они не наймут дополнительную часть слуг. Дом огромен и несколько человек не успевают за ним уследить. Вот так и живём. Наверно, у них не хватает денег.
Диане хотелось щебетать без умолку и дальше, но суровый взгляд мох глаз остановил её и служанка сразу смолкла. Дальше мы обе шли при полной тишине. Наконец, достигли столовой, где родители уже с нетерпением ожидали моего появления.