— Нет, не хочу. Надо работать. Я слишком много отдыхал. Надо навёрстывать упущенное. Сам понимаешь, что тебе одному трудно.
— Что же, ладно, — ответил ему Кира. — Кстати, ты не будешь искать того, кто подрезал тебя? У тебя есть же видео — регистратор на машине. Сгоняй к ментам, пусть найдут.
— Кира, не хочу я этим заниматься. Без меня полиции есть, кого сажать в тюрьму. Нет, не хочу.
— Сашка, забыл спросить. Вы с Наташей дошли до ЗАГСА? — Кире было очень интересно узнать об этом одним из первых.
— Ага, дошли и даже заявление подали.
— Опа, — воскликнул радостно друг Сашки. — И ты тут сидишь и молчишь. Я же должен выпытывать у тебя такие важные новости. Чего молчал? С этого и надо было начинать разговор.
— Кира, — Сашка решил немного остудить напор своего друга в их разговоре. — Ты же не дал мне слово сказать. Сразу кинулся спрашивать меня о моём самочувствии, что даже я и забыл о том, где я с Натой был сегодня.
— Мальчишник. Чур я там главный, — завёлся Кира, как будто гулянка намечалась уже завтра. Он закружился по кабинету, фантазируя, что будет делать дальше. — Я найму самый крутой клуб в городе на целую ночь, пригласим классных стриптизёрш и гульнём на полную катушку. Закатим такую вечеринку.
— Кстати, Кира, ты у меня будешь свидетелем, — Сашка даже не сомневался в том, кому быть свителем. — Даже не обсуждается. Вопрос решён.
— Конечно, я согласен. На все сто. Обещаю тебе, Сашка, я буду самый крутой свидетель.
На Воронова было забавно смотреть. Можно было подумать жениться он, а Волонский чисто на подхвате.
— Ладно, Кира! Как у нас там с делами? Клиентов много? — Сашка только теперь вспомнил о работе, которая не могла ждать.
Друг Сашки был явно навеселе, потому что почему-то проигнорировал вопрос Волонского. Он пребывал в каком — то мечтательном состоянии и улыбался во весь рот.
— Кираааааа, — щёлкнул Сашка пальцами перед носом Киры. — Ты где? Работа встала. О чём задумался?
— А, да! — очнулся друг секунд через десять.
— Сашка, скучный стал ей Богу, — понесло Воронова. — Я тут о работе подумал нашей. Мы же совсем не отдыхаем.
— И что? — не понял Волонский.
— Я вот о чём подумал, Сашка. Просто, почему после того, как прозвенел будильник, мы лежим еще 5 минут, типа за эти 5 минут высыпаешься?
— Кира, ты сегодня, как философ?
— Ага! Как там Дарвин говорил, что труд сделал из обезьяны человека. А я считаю, что труд сделал из обезьяны уставшую обезьяну.
— Ты так думаешь? Значит, мы с тобой есть две уставшие обезьяны? Кстати, какого вида? Я предпочитаю быть шимпанзе.
— Почему?
- А они гады, понимаешь, Кира, умные. Я же не дурак.
— Ладно, Сашка, я тогда хитрая мартышка. Мне же приходится как-то изворачиваться, чтобы увести клиентов у наших конкурентов, — друзья посмеялись над собственными шутками и лишь затем стали говорить о делах.
— Ладно, конкурент. Как там дела с нашими клиентами? Не разбежались, как куры в курятнике?
— Нет, они все на месте а, может, добавятся новые.
— Отличная новость, — Кира. — Как у тебя отношения с Надеждой? Жениться тоже не собираетесь? — Сашке очень хотелось, чтобы его лучший друг нашёл себе счастье. И считал, что на роль роковой женщины вполне подходит его подруга Надя, которую, правда, он иногда слегка побивался.
— Сашка, я не знаю. Я никогда не думал, что жить вместе с потомственной ведьмой так трудно. Мне кажется, я устал от всего этого. Может, Надя не моя женщина. Наверно, нужно найти другую мадам. Вот твоя Наташка, она во всех смыслах идеальна: красива, умна, сексуальна и главное — жертвенна. Я пока на время расстался с Надей. Думаю, что мне нужно пересмотреть свои взгляды по поводу женщин, — Кира и сам не понимал, что с ним происходит. Да, вначале Надежда ему нравилась. Она была необычна. Его колдовской дар придавал пикантности его романтическим отношениям с Надей. В постели она была хороша, как никто другой. Но чего-то не хватало. Любви, наверно. Да, Кира понял, что не любит Надю, а сказать об этом молодой женщине не мог, боясь ранить её душу. А Ната была для Киры идеалом во всех отношениях, недоступной для него.
— Кира, ты Натку слишком идеализируешь. Она такая же, как все. Ревнивая, до ужаса.
— Что изменить ей собрался, Сашка? — Кире было любопытно узнать, что ответит Сашка. Не станет ли вопрос друга для него каким-либо подвохом.
— Нет, я после неё больше не посмотрю ни на одну женщину. Но иногда бывает, что в наших отношениях она перегибает палку. А не люблю, когда женщина начинает мной командовать. Да, бывает, смотрю иногда на какую-нибудь красивую женщину. Кира, ну я же мужчина. Для нас такое поведение вполне допустимо. Главное, чтобы об этом не знала Ната. Думаю, Кира, ты ей не проболтаешься?
— Сашка, ты что меня первый год знаешь, — Кира был обижен недоверием друга. — Нууу, да. Помню Лизку твою. Как она тебя красиво сделала? С такими деньгами кинула. И где она теперь? А я хочу, Александр, с тобой поспорить, — в голове Воронова пришла одна интересная идея.
— Ты о чём, Кира? Чего-то я не понял, — Волонский смотрел на друга ничего непонимающими глазами.
Взгляд Киры был таким загадочным. Было ясно, что он что-то задумал.
— Ты не изменишь Натке, да? — спросил у Сашки хитрый дружище. — Ты уверен, да?