– Приветствую! – улыбнувшись, он уселся за напротив меня.
– «Удивительно, как его улыбка отличается от улыбки официантки.» – подумалось мне.
Стоило ему сесть, как через мгновение, официантка уже стояла перед ним так, как будто он был тут завсегдатаем или важной персоной, хотя скорее всего потому, что зал был практически пустой, не считая нескольких парочек, о чем-то мило перешептывавшихся, периодически прерываясь, чтобы сделать один другой глоток.
– Два темных нефильтрованных! И картошку с паприкой, – отчеканил он, без запинки.
– Картошку надо будет подождать минут пятнадцать, – молниеносно ответила официантка, продолжая кошмарно улыбаться.
– Тогда четыре!
– Сейчас принесу, – ответила официантка и вернулась через пару минут, держа по два бокала темного пива в каждой руке. Плюхнув их на стол, она кивнула Эдварду и удалилась.
– За увольнение? – поднял он бокал, протягивая его в мою сторону.
Я тоже поднял и звонко ударил своим об его, пролив немного пива на только что чистую скатерть, – За увольнение!
Мы сделали несколько глотков и поставили кружки на стол.
– Почему уволился?
– Меня уволили.
– За что?
– Проспал, – я усмехнулся.
– Кошмары?
– Вроде того. Надя… в основном.
– Кто она?
– Точно не знаю. Одноклассница… видимо.
– Вы с ней спите?
– Можно и так сказать, – на моем лице снова промелькнула улыбка, – но, вообще она мне просто снится.
– Понятно, – он снова поднял бокал и протянул его в мою сторону, я поднял свой, мы ударились ими и сделали еще несколько глотков.
– И какая она?
– Юная, красивая… с золотыми волосами, в школьной форме…
– Ты ее помнишь?
– Не особо, только то, что видел во сне.
– Если она тебе снится, зачем тогда пить?
– Она перестала…
– И ты решил напиться?
– Вроде того, – в этот раз я поднял свой бокал, и снова стукнувшись, мы допили их. Подошла официантка и забрала пустые стаканы. – Я не помню ее, но дома, в альбоме, я нашел фотографию с ней, при этом не помню ничего о ней, кроме снов. То есть, она существует, скорее всего, но и мать, и отец, говорят, что не знают о Наде. Хотя я тоже. Я вообще ничего не помню о школе, все воспоминания мутные, как в тумане, без лиц, имен, как фильм, который посмотрел прошлым вечером пьяным…
– Хмм… память ты не терял?
– Не знаю, мне кажется, нет. По крайней мере, мне об этом неизвестно.
– А что именно тебе снится?
– Роберт не придет?
– Нет, он не сможет. Задержали на работе, – ответил Эдвард и поднял второй бокал, я повторил за ним, и мы снова сделали несколько глотков.
– Мне снится, что я снова в школе, точнее это больше похоже на забытые воспоминания о школе. Надя и я – школьники, учимся вместе, она буквально ко мне липнет, ну я, в общем-то, не против. Там она мне нравится, точнее тому мне, но сны смешиваются с реальностью, и я иногда не понимаю, сплю я или нет, все слишком реалистично. Она говорит, что мы достаточно близки и, судя по её поведению, так и есть, на фотографии со средней школы мы вместе, но на выпускной фотке со школы её нет. Спросить о ней я никого не могу, так как никого не помню, родители ничего не знают, или врут, что ничего не знают, осознанные воспоминания начинаются только после встречи с тобой. Ты ничего о ней не знаешь?
– Нет, ты не говорил.
– Врешь…
– Не вру, ты вообще ничего не говорил о своей школе, даже если я спрашивал, ты всегда отвечал, что не хочешь говорить об этом, и чтобы я выбрал тему поинтереснее.
– Ладно, – я сделал очередной глоток уже без него, – а браслет?
– Какой браслет? – я протянул ему руку, – Ты помнишь этот браслет?
– Не знаю, не обращал внимания, ты постоянно носишь какие-то цепочки, может быть, и помню, а что?
– Он был у меня всегда?
– Не знаю. Наверное, выглядит знакомым, – Эдвард потянулся к моей руке и покрутил золотистую бусину на браслете, – не вспомнить, прости.