Ребята попытались выиграть чудо — подарки. Но быстро устали. Им пришлось покинуть место проведения конкурса. Они снова остались без наград.
— Эх, Никитка! — Гаврила выдал расстроено. — Плохие мы с тобой плясуны! Шибче надо было ногами дрыгать.
— Сам виноват — телепень кривоногий! — товарищ по несчастью решительно не хотел быть виновным. — Зачем наступал мне на пятки. И руками не стоило махать так сильно. В следующий раз будь аккуратней, тогда выиграем!
Пока друзья определялись, куда пойти дальше к ним подошла девушка в оранжевой накидке с лотком.
— Кто хочет получить подарок? — незнакомка произнесла напевно.
— Мы хотим! — мальчишки дружно подняли руки. Обиды на свои неудачи были мгновенно забыты.
— Коли назовёте три летних месяца, — затейница хитро посмотрела на юнцов. — Получите кулечек таганофеля три. Перечислите все месяцы в году, получите кулёчек таганофеля три и стаканчик тагано-лимонадо.
Чада быстро назвали все месяцы и получили заслуженное угощение.
— Та-га-но-во… — снова эхом прозвучал многоликий хор над площадью. После где-то сильно грохнуло. Радостный гул и крики поглотили неизвестные звуки. Через минуту ветер принес откуда-то сверху мелко нарезанные листочки оранжевой бумаги.
— Никита, я тут покумекал и вот, что умыслил! — Гаврила уничтожив очередную порцию угощений, громко причмокивая, выдал идею. Он важно посмотрел на друга. — А ну их медведей этих! Да, вместе с цыганами! На них, что свет сошелся клином? Что мы с тобой — медведей не видели? Давай лучше лоточников искать в оранжевых накидках и отвечать на их вопросы. Там мы завсегда что-нибудь — да сдюжим!
— Кстати, я чаю, ты уже считать научился до десяти? — паренек произнес решительно, увидев знакомого разносчика призов в оранжевой накидке. — А то я всё время с тобой тагано-лимонадо делится, не собираюсь. Да и тагано-стаканчики мне не помешают.
Внезапно шум и крики на площади стихли. На большой сцене заиграли трубачи, забили барабанщики. После туда поднялся человек в купеческой одежде.
— Люди московские! Низкий поклон всем кто сегодня пришел на гуляние. Я, Прохор Коробейников, вместе со своим компаньоном Алексеем Воронцовым представляю лицом новый товар — таганофель из Таганово. Слева от меня стоят лотки, где вы можете отведать яства из нового продукта. Кушайте! Пробуйте! На здоровье! С завтрашнего дня приходите ко мне в лавку и покупайте. Первым ста посетителям цена будет снижена! А сегодня до вечера для вас будут продолжаться игрища! Дорогие гости! Участвуйте в конкурсах, отдыхайте, веселитесь. Получайте бесплатные подарки. И главное! Пробуйте наши новые блюда… из Таганово!
На площадках артистов вновь заиграла музыка, что-то загромыхало и зашумело. Подростки стали потихоньку продвигаться в сторону лотков с бесплатными угощениями.
Из шатра расположенного на высоком подиуме вышел цыган в ярко красной рубахе. В ухе у него блестела большая золотая серьга. На груди незнакомца висел массивный серебреный крест. Штаны были заправлены в начищенные до блеска черные сапоги. Он вынес на сцену две небольшие тумбы. Протянул от них какие-то веревки. Между тумб поставил стул и ушел в шатер. Быстро вернулся с каким-то незнакомым музыкальным инструментом.
«Будулай» встряхнул черными, как смола локонами, сел на стул и взял инструмент в руки. Пощелкал пальцами и начал что-то беспорядочно тренькать на нём. То, что он делал — на музыку явно не походило. Люди морщились от доносившихся со сцены звуков, старались отойти подальше. Кто-то даже недовольно выругался и сплюнул. На исполнителя оригинального жанра перестали обращать внимание.
Размявшись и потянувшись всем телом в разные стороны, мужчина наконец-то прекратил издеваться над инструментом. Погладил его нежно. Посмотрел куда-то вдаль, вздохнул, а затем…
— Бахт тумэнгэ! — новоявленный музыкант произнес громкою. — Эх, чавэла! Начнём, пожалуй помолась помалэньку… Ох, романэ…
…И через мгновение над московской площадью впервые зазвучала задорная цыганочка.
Душу Гаврилы внезапно охватило щемящее чувство. Он прислушался к мелодичным звукам. У него стесненно забилось сердце. Он неосознанноначал начал махать головой в такт музыки. — Вот, такая мелодия мне люба. — Мальчишка стал пристально следить за происходящим на сцене. — Никитка, а тебе нравиться?