— Но это сложно, — возразил Гарри, — к тому же, Луна, тебе не кажется, что, если бы такое было возможно, проблемы исчезновения бы не было?
— Но нужно же попробовать, — возразила Луна, мечтательно посмотрев на дверь, будто за ней её уже ждал настоящий единорог, — если не получится, то я вырежу его из бумаги и повешу над кроватью в своей комнате. Правда будет замечательно, Гарри?
— Да, — кивнул Гарри, — здорово. А где ты собираешься искать заклятье? У тебя есть идеи, где оно может содержаться?
— Ну, — Луна снова мягко пожала плечами, — если единороги древние, то книги тоже должны быть древние. Поищу в тех, что содержат историю основателей Хогвартса. Возможно, там есть нужные слова. Надо только их найти.
— Но ведь книги об основателях уже сотни раз перечитаны, — возразил Гарри, — разве можно там найти что-то новое?
— Пока ты не можешь пересказать книгу наизусть, всегда можно найти новое в ней — мелодично отозвалась Луна и уплыла в другую сторону, к новым полкам, освещая дорогу при помощи своей палочки.
Встреча с ней заставила Гарри улыбнуться. Да уж, у каждого свои проблемы. Он бьется над разрешением вопроса, как напоить усыпляющим зельем двоих влюбленных, а она не теряет надежды спасти единорогов. Ей бы работать в зоопарке, ухаживать за редкими и исчезающими видами. Как Чарли.
Впрочем, Гарри решил последовать её совету, и взял книгу легенд. Подумав, достал ещё и сказки — мало ли, вдруг там тоже будет, что взять, по теме доклада. Пройдя к своему столу, он разложил книги, открыл первую из них и стал медленно пролистывать страницы, направляя на них палочку. Луна сидела за столиком чуть дальше и была абсолютно погружена в чтение. Она была так сосредоточена, будто решала задачу высшего пилотажа
Гарри улыбнулся. Ему бы так! Он всё ещё не понимал, что именно требуется от него по теме доклада. Видимо, задание заранее обречено на провал. Он лениво перелистывал страницы, иногда записывая что-то в тетрадь, больше приличия ради, а не из полезности. Чувствовал себя сонным и немного потерянным.
И вдруг…
Луна читала книгу об основателях Хогвартса, надеясь там найти и секреты единорогов. Она не знала, что потомки основателей прямо сейчас ходят с ней рядом, воспользовавшись чужими телами. Но он знал. И знал, что иногда один разговор способен поменять абсолютно всё, кардинально. А ещё Луна была настоящей волшебницей, девочкой из другого мира, странной по меркам даже других волшебников. Она была одиночкой, хоть это её абсолютно не тяготило. Но, предполагал Гарри, что, если Милисент это тяготит? Такое вполне возможно. Всё может быть.
Он снова посмотрел в сторону Луны. Она как раз закрывала учебник. Вот он, его шанс поговорить с ней. Возможно, она не согласиться помочь. Может быть, её помощь окажется бесполезной. Предугадать это было никак нельзя. Но, в любом случае, нельзя было упустить такую возможность. Среди миллионов дорог иногда нужно обойти все, чтобы понять, какая из них верная.
Гарри сдал книги, решив продолжить написание доклада завтра, кивком поблагодарил как всегда улыбающуюся миссис Хэдрик, и направился к Луне.
Увидев, что он идёт к ней, она отложила книгу и с любопытством на него поглядел
— Нашёл что-нибудь, Гарри?
— Да, немного — кивнул он, — а ты?
— Нет. К сожалению, нет. Очень будет жаль, если единороги погибнут, а мы так и не поймём, как их спасти.
— Знаешь, я тут кое-что вспомнил, Луна, — Гарри пытался, как мог, скрыть, что нервничает, — Гермиона недавно что-то читала о единорогах. Какую-то книгу, но я не помню, какую. Может быть, ты поговоришь с ней? И она даст тебе подсказку?
— О, это было бы очень здорово! — певуче воскликнула Лавгуд. — Гермиону интересуют единороги?
— Гермиону интересует всё — с улыбкой кивнул Гарри. И ведь не солгал.
— Хорошо. — Только, — он опустил взгляд, но почти сразу же снова посмотрел на Луну, — она сейчас немного не в форме. Гермиона. На неё многое навалилось, знаешь ли
— Потому что она любит Драко Малфоя?
— Да, — кивнул Гарри, — и поэтому тоже. Ты бы могла её поддержать. У тебя получается оказывать другим поддержку, ты знаешь?
— Спасибо, Гарри, — на щеках Луны появились ямочки, — я стараюсь.
— Вот и хорошо. Поболтайте с Гермионой как можно скорее.
— Почему?
— Ну, просто тогда ты можешь быстрее найти ответ.
Луна задумчиво глядела на него. Потом медленно кивнула:
— Да, ты прав, Гарри. Я подойду к ней после ужина.
— Вот и отлично. Ты остаёшься здесь?
— Да, я почитаю ещё немного. Всё равно делать больше нечего.
— А я пойду, — Гарри встал, — меня Рон, наверное, уже заждался.
— Хорошо, Гарри, — снова пропела Луна, — пока. Удачи тебе.
— И тебе в поисках. Гарри вышел. Оставалось только надеяться, что разговор не будет бесполезным и хоть чем-то поможет им всем.
========== Часть 45 ==========
— Как, скажите, как, мистер Барнели, можно быть настолько неосмотрительным? — Люциус поджал губы, прикусив их до крови.
Малфои прибыли в Хогвартс, буквально час назад, но уже успели узнать обо всем, что происходило в школе за время их отсутствия.
— Вы просили нас уехать, — продолжил Люциус шипя, — вы сказали, что всё идёт по плану… Мы вам доверились. Доверили жизнь нашего сына…
— Успокойся, дорогой, — вступила в разговор Нарцисса, — я уверена, Лагримус сделал всё возможное. А то, что произошло, лишь досадное недоразумение. Ясно, что всё пошло бы не так, как мы планировали. У нас сильный и отчаянный противник.
Она посмотрела на Барнели со смесью укора и отчаяния:
— Но больше вы не можете допустить промах, мистер Барнели. Драко — наш единственный ребёнок, и мы не можем допустить даже мысли, что его потеряем. Если вы ошибетесь снова, вас ждёт наказание. Обещаю.
Люциус пытался сохранять самообладание, но по вздувшимся жилам на лице и тем, как сильно он сжимал трость, было видно, что он очень зол. Впрочем, он попытался улыбнуться жене, чтобы её поддержать.
Сухо кивнул:
— Хорошо, Циси. Ты, конечно, права. Но на кону жизнь Драко, и меня убивает собственное бессилие.
Нарцисса опустила глаза. Тихо вздохнула. Крепче сжала руку Люциуса в своей. Страх буквально поглощал её изнутри, но она старалась держаться и успокоить мужа. Хотя и очень боялась думать о том, что с Драко будет дальше.
О том, что Лагримус раскрыл себя, знали уже все посвящённые в это дело, но не все были уверены что он сделал это не нарочно. Больше всех сомневалась Макгонагалл, особенно после последнего разговора с Барнели.
— Лагримус, — сухо сказала она, — вы были нашим огромным преимуществом, а теперь мы вернулись на несколько шагов назад. Как вы умудрились показать себя? Вы, как никто другой, знаете, кто такой Снейкиус Слизерин. Объясните нам, пожалуйста, каким образом произошла настолько очевидная ошибка — она впервые строго взглянула на старика из-под очков.
В комнате повисла тишина, несколько пар вопросительных взглядом в упор смотрели на Барнели.
— Вы правы, профессор Макгонагалл, — после минутной паузы начал говорить он, — не стану вам лгать. Я не смог удержаться. Поддался слабости. Снейкиус был моим другом всегда, сколько я себя помню. И чувство вины никогда не покидало меня. Даже сейчас я живу с ним. Оно преследует меня постоянно. Ничего не могу с собой поделать. Возможно, он и не узнал меня, так что, не о чем беспокоиться. Он ведь помнит меня юношей.
Макгонагалл поджала губы, продолжая раздосадовано глядеть на него. Видимо, она исключала такой вариант. Вздохнула, удручённо покачав головой:
— Мистер Малфой и мисс Грейнджер — ученики Хогвартса, за чью безопасность, как и всех других студентов, мы отвечаем. Они ни в чём не виноваты. Они стали марионетками вашего друга и его возлюбленной. А вы своим сентиментальным безумством помогаете им обрести победу в этом нечестном бою. Не заставляйте меня в вас разочаровываться.