- Макс, - обратился он к приятелю, - пожалуйста, отвези Валерия Сергеевича домой и уложи его спать. Если понадобится - останься с ним.
- Без проблем, - Макс взял под руку несчастного отца, и они вместе пошли к машине, - пока, ребята, до завтра!
К утру около палаты остались только двое - Маша и Гриша. Девушка спала, положив голову на плечо друга. Друг же не сомкнул глаз всю ночь и теперь находился в состоянии дремы.
Разбудил их Антон:
- Ребята, ехали бы вы домой, а? Скоро Макс с Кирюхой подойдут.
- Спасибо, Антон. Маш, Маша...
- Мм.
- Поехали домой.
- Угу.
Девушка с трудом разлепила глаза и то, только для того, чтобы дойти до машины. Из автомобиля в квартиру Гриша нес ее на руках.
***
Максим привез Валерия Сергеевича домой где-то около двух ночи. Отец Сергея никак не хотел ложиться и порывался вернуться обратно в больницу. Ох, и намучился с ним Максим, пока спать не уложил. Самому пришлось валерьянку пить, да и спал он потом поверхностным, чутким сном: боялся, что Валерий Сергеевич все-таки поедет в больницу, воспользовавшись этой ситуацией. Но Максим зря боялся - через пятнадцать минут после того, как голова Валерия Сергеевича коснулась подушки, он заснул мертвым сном.
***
- Привет, Антон. Давно сидишь?
- Не очень. Машу с Гришкой минут десять назад домой отправил. А ты-то как, Макс?
- Слушай, бедный Валерий Сергеевич: год назад жена в авиакатастрофе погибла, теперь еще и Серега в коме. Он еще молодцом держится.
- Да, жалко мужика.... Пойдем, покурим?
- Пошли.
***
Маша проснулась в два часа дня. Голова гудела, как колокол. Надев халат, она пошла на кухню: Гриша уже был там и варил кофе:
- С добрым утром, Машуня.
- Добрым утро не бывает.
- Не ворчи, скоро кофе готов будет.
- Спасибо.
Из-за всей этой суматохи мысли о Жене отошли на второй план, но сейчас Маша опять ощутила на себе гнет оставивших ее на какое-то время раздумий характера "любит - не любит".
- Держи, твой кофе, - Гриша поставил перед ней чашку ароматного напитка.
Маша не ответила. Для нее в данный момент ничего не имело значения, кроме собственного одиночества и разыгравшейся головной боли.
Глава N 3
После дневного завтрака Маша хотела вернуться в больницу, но Гриша не разрешил. Вместо этого он решил показать ей Москву - разрядка была нужна им обоим.
Третьяковская галерея, Красная площадь, мавзолей. Вид забальзамированного Ильича у Маши не вызвал ничего, кроме дикого раздражения:
- Это злая шутка, Гриш?
- Почему?
- Сергей в коме, а ты показываешь мне это чучело! Он лежит точно так же, как и Сергей!
- Маш, ты чего, у тебя воображение разыгралось.
- Издеваешься.... Ненавижу тебя, Женю, весь этот город! Ненавижу, ненавижу...
Гриша стоически выдерживал удары маленьких, но очень крепких кулачков.
Наконец, Маша выплеснула всю свою злость и, уткнувшись лицом в грудь друга, зарыдала.
- Ну, тихо, тихо. Не надо. Тихо, девочка, успокойся, малыш. Пойдем отсюда. Хочешь, поедем к Сереже в больницу?
- Да - Маша тихонько всхлипнула,- поехали.
***
Сидя около палаты Валерий Сергеевич задавал себе один и тот же вопрос - сначала жена, теперь сын. В чем он так провинился, за что его так наказали?
- Валерий Сергеевич, дядя Валера....
- Гриша.... Привет. Я сменил Макса, он и так со мной намучился.
- Ясно, что говорит доктор?
- Сергей.... Сергей умирает.
Всегда подтянутый Валерий Сергеевич после известия о том, что его сын умирает, показался Маше глубоким стариком.
- Это абсолютно точно? - спросила она.
- Да. Из-за тебя, из-за тебя он погиб, - в голосе Валерия Сергеевича появились ледяные нотки, - Ты была ему дорога, очень дорога. Он не мог смотреть, как это ничтожество Женя над тобой издевается. Сергей не понимал, как ты могла любить такого человека, но он терпел, терпел, а теперь умирает в полном одиночестве! Все его девушки были попыткой убежать от себя. Дрянь!- выпалив последнее слово с особой злобой отец Сергея начал хохотать, словно безумный.