– А когда Анну выпишут, СМИ про неё тут же забудут, но хвосты не отвалятся, так? Муж сможет до неё добраться, если мы поспособствуем её исчезновению?
– Сможет, возможности разыскать Анну у него есть. Частный сыск-то никто не отменял. У меня уже есть идея, где можно её спрятать, но важно понимать, что это временная мера.
– Документы?
– Внутренний паспорт на руках, билеты на поезд или самолёт в любую точку России купить сможем.
– Но в России её найдут. За границу?
– Нет. Нет заграничного паспорта. Кое-куда и без него можно, но если мы отправим её в Казахстан к родственникам – это то же самое, что на блюдо положить. Туда в первую очередь явятся. Оформить паспорт можно дистанционно, но это займёт от месяца до трёх. Потом ещё виза. И туристическая виза обычно короткая. Когда она закончится, ей придётся возвращаться.
Сорен слегка завис, услышав эту фразу. На его лице была видна работа мысли – густые чёрные брови сначала съехались к переносице, собрав по-мальчишески гладкую оливковую кожу в две глубокие складки, а потом разошлись обратно и взлетели вверх, словно он никогда в жизни не удивлялся чему-либо сильнее, чем мысли, которая только что посетила его кудрявую голову. Глаза лихорадочно заблестели, а губы схватили воздух и замерли, ровно на одну секунду, которая нужна была Сорену, чтобы окончательно решиться высказать это вслух:
– А знаете, что? Я тут немножко передумал. Брак не такой уж отстой, если правильно им пользоваться.
– Сорен, у тебя температура? Ты бредишь.
– Нет, температуры нет. Есть идея. Смотрите, если она поедет за границу, как турист, то виза короткая, так? А если она поедет к мужу? Тогда сроки другие, верно?
Эрик вылупил на него глаза и, искажённый веб-камерой, стал похож на золотую аквариумную рыбку.
– Сорен, ты же не хочешь сказать, что…
– Хочу. Я могу заключить с Анной фиктивный брак. Формально препятствий нет – я свободен, она тоже гарантированно получит развод. А когда обустроится в Европе, ну или сможет безопасно вернуться обратно – разведёмся. Это я уже умею. Визу я из консульства выбью быстро, я, в конце концов, тоже не последний человек, мне пойдут навстречу. С жильём проблемы не будет. Поживёт у меня какое-то время, в новом доме места достаточно. Даже желательно, чтобы она жила у меня, будет меньше вопросов. Она хорошая актриса, ей ничего не стоит сыграть… любовь ко мне.
– Мне казалось, ты ещё полчаса назад больше не хотел с этим связываться, – заметила я.
– Это же не по-настоящему.
– Ты знаешь, что с тобой будет, если миграционная служба это выяснит? – Эрик впился в него ледяным взглядом, но Сорен только махнул рукой.
– Вообще, у нас миграционное законодательство мягкое. Но если прямо совсем не повезёт, я просто заплачу конский штраф и влипну в крупный скандал. А её выдворят из страны. Она рискует больше меня. Но мы постараемся не попадаться. Тут у меня тоже идеи найдутся, чему-то я у Биргитты всё же научился.
Глава 3
Анна сидела на своей новой больничной койке и смотрела на меня так, будто я предложила ей слетать в космос. Койка в платной палате была очень современной, но из-за этого же – довольно высокой, и спущенные с неё худые Анины ноги с начинающим отцветать синяком на правом колене не касались пола, из-за чего она казалась мне похожей на птичку на жёрдочке.
Ещё вчера её перевели в другую палату, в отдельную: моя скандальность, дотошность и, чего уж греха таить – деньги довольно быстро решили этот вопрос. По дороге в палату я бросила взгляд на уже привычно дежурящего под дверью парня и еле удержалась, чтобы не поздороваться. Он так же привычно проводил меня взглядом. Смена места работы не заставила его даже выражение лица поменять. А вот мне бы хотелось, чтобы оно однажды стало очень удивлённым.
– То, что ты предлагаешь, пока что выглядит очень сложным, – тело Ани было напряжено и собрано, а лицо энтузиазма не выражало, скорее, она снова казалась напуганной.
– Ну, тебе не обязательно участвовать на всех этапах. Даже нежелательно, если хочешь моё мнение знать. Документы Эрик и Сорен возьмут частично на себя. У них будет достаточно возможностей, чтобы этим заняться.
– Но это же займёт очень много времени. В больнице меня столько держать не будут.
– Я могу вести себя, как последняя сука, и угрожать главврачу жалобами на недостаточно хорошее лечение довольно долго. Скажи, ты в принципе согласна?
– Если не брать в расчёт вопрос морали, то это хороший вариант. Лучший из имеющихся у меня, – и тут она опустила взгляд, до этого пристально изучающий мою невозмутимую физиономию. – Но Сорен не обязан…