«Гирлянда» покидала просыпающийся Самарканд.
Трое уезжали в одном купе. Деев спал так сладко, как никогда еще за время пути, а проснувшаяся Фатима гладила его по волосам и слушала трубный храп фельдшера. Мужчина, женщина и старик уезжали в семейном купе — и каждый был каждому близок и дорог.
Трое разбредались по свету в разные стороны — мужчина, женщина и мальчик. Деев катил поездом на запад. Белая тряслась в повозке на юг. Слепой Загрейка ощупью полз по рельсам обратно на север — искать брата — и знал, что будет искать всегда.
С востока смотрело на всех, поднимаясь по небу, молодое красное солнце.
Комментарии автора
При написании романа автор обращался к воспоминаниям партийных и советских работников — тех, кто занимался ликвидацией беспризорности и борьбой с голодом в 1920-е годы. Это сборники «Беспризорные» под реакцией А. Д. Калининой (1926); «Особый народ. Рассказы из жизни беспризорных» Ю. Добрыниной (1928); «Рассказы беспризорных» под редакцией А. Гринберг (1925); «Книга о голоде» врачей Л. А. и Л. М. Василевских (1922); «Голгофа ребенка» Л. М. Василевского (1924); «Коллективы беспризорных и их вожаки» (1926) и «Болшевцы» (1936); статьи из газеты «Красная Татария» (подшивка за 1926 год). Многие подсмотренные в этих книгах реплики беспризорных детей перенесены в роман без изменений («Больно важно вы едите, сестрица, ну прямо как Ленин!», «Я его научу насчет картошки дров поджарить!», «Правда ли, что буржуи хлебом паровозы топят?», «Я тебе своро́чу рыло и скажу, что так и было!» и другие), как и описания бродяжьих «профессий», как и некоторые ситуации (отъем любимого ножа при эвакуации) и герои (сюжет о Сене-чувашине и преследующей его Вши).
Очень помогли при создании романа труды историков: «Советская деревня глазами ВЧК — ОГПУ — НКВД. 1918–1939. Документы и материалы» под редакцией А. Береловича, В. Данилова (1998–2012); докторская диссертация В. А. Полякова «Голод в Поволжье. 1919–1923. Происхождение, особенности, последствия» (Волгоград, 2009); сборник писем «Голос народа. Письма и отклики рядовых советских граждан о событиях 1918–1932 гг.» (редактор А. К. Соколов, составитель С. В. Журавлев и др.); «Голод в СССР», сборник архивных документов; «Книга о голоде» — сборник литературно-художественных материалов (Самара, 1922). Также были использованы архивные материалы из Национального архива Республики Татарстан (фонд Р-1251 «Отчёты о работе детских домов») и Государственного архива Российской Федерации (фонд Р-1058).
Глава про экспедицию детского комиссара Белой в голодное Поволжье основана на материале мемуарной книги А. Д. Калининой «Десять лет работы по борьбе с детской беспризорностью» (1928).
Две фамилии — заведующей казанским эвакоприемником Шапиро и заведующей самаркандским детским домом Давыдовой — отсылают к одному и тому же реальному человеку — Асе Давыдовне Калининой, в девичестве Шапиро. Она была активным борцом с детской беспризорностью и голодом; во время голода 1920–1923-го открывала в Чувашии социальные столовые и эвакуировала 5744 голодающих ребенка в Москву, за что ее называли «матерью чувашских детей».
Сюжет о катерах, смоловших винтами сорок бойцов-красноармейцев, — реальный исторический факт. Показательный расстрел струсивших во время боя солдат Петроградского рабочего полка с последующим сбросом тел в Волгу и утюжкой их военными катерами устроил в августе 1918-го Лев Троцкий во время боев у Свияжска с войсками генерала Каппеля. Об этом пишут в мемуарах «Свияжские дни» С. И. Гусев (журнал «Пролетарская революция». 1924. № 2 (25)) и «Моя жизнь» Л. Д. Троцкий (глава 33 «Месяц в Свияжске»). Это первая в истории Красной России децимация; некоторые историки называют ее первым актом политических репрессий.
Кратко изложенная в диалоге Фатимы и Деева история гибели Казанского ботанического сада соответствует реальности.
Идея беспрестанной войны в голове Загрейки как ядра прогрессирующего аутизма подсмотрена в книге лечебного педагога Алексея Мелии «Мир аутизма. 16 супергероев».
Давая прозвища и клички пассажирам эшелона, автор обращался к нескольким источникам: к упоминаемым в архивных документах и мемуарных книгах именам уличных детей; к русским народным говорам; к тюркским языкам — татарскому, узбекскому, киргизскому и пр.; к просторечной и блатной лексике. Ниже поясняются некоторые детские прозвища, которые могут быть непонятны современному читателю. Они даны по главам, по мере появления в тексте.