Солнце почти достигло зенита, когда птица-проводник прощебетала на прощание взмахнула радужным крылом и исчезла, оставив Эшера и Тату в безлюдном переулке. Справа возвышалась сплошная живая изгородь, слева – глухая стена одноэтажного здания без опознавательных знаков, с плоской крышей. Не понимая, как такое могло произойти, Эшер прошёлся вдоль изгороди сначала в одну сторону, потом в другую, проверил свою геометку на карте в путеводителе и чертыхнулся – проводник привёл их к владениям Эрминов, вот только не с той стороны.
– Можем обойти, – судя карте, придётся сделать изрядный круг, а времени до конца регистрации оставалось совсем мало, но Эшер не собирался так легко сдаваться.
– Можем. Только скромная домашняя резиденция Эрминов занимает целый квартал, и сегодня подать прошение мы всё равно не успеем, – типичный женский тон «я же говорила» из уст Таты звучал особенно самодовольно. – Но это ничего, вернёмся сюда завтра. Только если захочешь снова выгулять свою птичку, придётся встать пораньше. Знаешь, Эш, я всегда подозревала, что эти дурацкие путеводители штампует федерация туроператоров. Туристы покупают их в космопорту, в первый же день теряются и нанимают гида, потому что чёртовой птице доверять нельзя, вот так-то.
Недоумение, досада, страх упустить удачу и облегчение – Эшера обуревали смешанные чувства. Глупо надеяться, что его вопрос решится одним днём, но счастливые случайности не любят промедлений и никогда не дают второй шанс. Впервые за двадцать лет дело человека без прошлых жизней сдвинулось с мёртвой точки, но он опоздал на каких-то полчаса. С другой стороны, если шанс обернётся пустышкой, очередное болезненное клеймо обманутых надежд на его сердце ещё нескоро остынет.
– Да не переживай ты так, один день погоды не сделает, – Тата словно прочитала его мысли. – Всё равно прошения рассматривают не меньше полугода: сначала формальная экспертиза, потом канцелярия Эрминов перепроверяет данные, потом согласование плана, исполнителей и бюджета…
Час от часу не легче! Единственным свидетелем разочарования Эшера, не считая девушки, стал лупоглазый полосатый кот, который в эту самую минуту переходил дорогу. Заметив чужаков, он замер, несколько секунд гипнотизировал их немигающим взглядом, а потом вдруг юркнул в узкий лаз в стене, у самой земли. Да над живой изгородью изредка мелькал красный мяч, в сполохе голубых искр отскакивая от силового купола, но едва ли невидимому игроку было дело до странной парочки и до печалей бывшего послушника.
Они договорились встретиться завтра, на рассвете, в том же месте, где случай свёл их сегодня. Несмотря на досадное опоздание, Тату распирало от энтузиазма: она строила грандиозные планы по защите интересов своего подопечного и, кажется, не собиралась отходить от него ни на шаг. Эшеру с трудом удалось отделаться от неё, предложив составить полный и максимально подробный список того, что девушка о нём помнит. Если повезёт, он узнает о себе что-то новое, а нет, так ответственная Тата просидит за сверхважным заданием до глубокой ночи.
Эшер простился с Татой и уже собирался уходить, когда в живой изгороди с приглушённым хлопком отворилась потайная дверь, и в проёме показалась взъерошенная мальчишеская голова.
– Эй, вы! Да, вы двое. Идите сюда!