– Она мне не объяснила, а я спрашивать не стал. Мы всегда делились друг с другом своими секретами, но у каждого было право задействовать принцип минимальной осведомленности. Никто из нас после этого не пытался лезть к другому с расспросами. Она попросила меня никому не рассказывать. Я пообещал и сдержал свое обещание до сегодняшнего дня. Тогда мне было восемь, а ей – десять. Биби учила меня, когда с детской доски я перебрался на шортборд. Она была для меня все равно что богиня. Биби и сейчас для меня почти богиня, сейчас и всегда будет. У богинь должны быть тайны. Это часть их образа. Если ты выведаешь тайну богини, ты умрешь.
Посмотрев в последний раз на полиэтиленовый пакетик, Пэкс отложил его в сторону и принялся осматривать четыре оставшихся предмета в металлическом сейфе.
На третьем этаже в коридоре, сразу за лестницей, лежала мертвая женщина. Очередное доказательство бесчеловечной жестокости тех, кто ворвался в дом. Убитый мужчина со второго этажа, вероятно, был ее мужем. Она, скорее всего, тоже оказала сопротивление. Недалеко от ее трупа валялись вилы. С какой еще целью их могли принести в элегантно обставленный дом? На зубцах ржавого «оружия» не заметно было следов крови. Из увиденного Биби пришла к заключению, что, не обладая действенным оружием защиты в виде пистолета, бедняжка так и не смогла ранить убийц ее мужа. Биби не хотелось смотреть на труп, но она все же преодолела свое отвращение. Девушка ощущала себя замешанной в произошедшем, хотя, разумеется, не могла нести никакой ответственности за поступки Терезина и его отморозков. Если они доберутся до нее, то сделают с ней то же самое, а может, и хуже. В женщину выпустили несколько пуль, попав в живот, грудь и лицо. Биби отвернулась, испытывая скорее жалость, чем ужас. Ей показалось, что, задержи она свой взгляд на трупе на секунду дольше, – каким-то образом станет причастной к убийству.
Биби представлялось маловероятным обнаружить в доме еще один труп, но девушка шла по коридору, боясь того, что окажется неправа. Если Эшли спряталась в своей комнате, они нашли ее там и увезли с собой. Терезин сам заявлял – девочка нужна ему ко дню рождения. Скорее всего, потом ее будут насиловать в особо извращенной форме, пытать, а под конец убьют во время церемонии. В своем безумии Терезин собрался еще раз запустить в действие «окончательное решение еврейского вопроса», как называл это Гитлер. Вот только всегда существовала возможность того, что, столкнувшись с сопротивлением, как в случае с ее отцом на втором этаже и матерью на третьем, похитители выйдут из себя и изменят свои намерения.
Когда Биби вошла в комнату слева в самом конце коридора, дверь которой оставалась приоткрытой, она уже знала, что еще обнаружит здесь, вне зависимости от того, будет ли там труп или нет, – лошадей. Зажатый в правой руке пистолет теперь смотрел дулом в пол. Биби сейчас не опасалась того, что кто-нибудь из фашистских убийц может все еще оставаться в доме. Она переступила порог.
Ее предчувствие оправдалось: картины, изображающие лошадей, бронзовые и фарфоровые статуэтки скакунов, книги об этих животных. Дом – это явно еще одно, о чем Биби напрочь позабыла. Без помощи трюка Капитана здесь не обошлось. Она бывала в этом доме раньше, только не могла вспомнить, когда и при каких обстоятельствах. С ходом времени Биби находила все больше несгоревших обрывков воспоминаний, сберегшихся в золе: этот дом, эта комната, факт, что Эшли Белл любит лошадей и превосходно ездит на них.
«Я должна знать Эшли! Я должна была по крайней мере хотя бы раз с ней встречаться в прошлом!»
А как по-другому она могла узнать о том, что здесь есть и где оно находится? Откуда ей известно о лошадях в спальне девочки?
Дверцы высокого встроенного в стену гардероба были открыты. Одежда, раньше висевшая там, теперь сорвана с плечиков и лежит на полу. Биби с тревогой в душе приблизилась к гардеробу, хотя пистолет в руке не приподняла. Секретная перегородка с задней стороны шкафа, о которой девушка уже почему-то знала наперед, была отодвинута в сторону. В тайничке размером с небольшой шкафчик никого не оказалось. Если девочка там пряталась, Терезин и его люди нашли ее.
Внезапно у Пэкстона появилось ощущение, что у них катастрофически мало времени. Чувство возникло само по себе, беспричинно, словно впереди появился край, а за ним – бездна. Биби от него удалялась, пойманная кем-то злобным. Теперь ее увлекали от него прочь на огромной скорости, в непонятном направлении и с неясными целями. Это не имело смысла. Биби сейчас лежит в коме в больничной палате. Никто не сможет похитить ее из охраняемого медицинского учреждения. Если бы ее состояние изменилось, Нэнси или Мэрфи позвонили бы ему.