— Почему вы работаете в производстве презервативов? — вдруг ошарашил меня сильно накачанный африканец.
Я почти забыла, что Бека всеми силами приписала меня к своей компании и деятельности. Самое время покраснеть, как рак, но сидящий перед лицом Блейк просто заставлял мысленно надеть шлем и бронежилет.
— Точно, — согласилась я, — резиновое изделие. Защищает от болезней и деторождения, которое не запланировано.
— Знаем – знаем, — проорал снова африканец, — что там с правилами применения и трудностями.
— Ну, — начала вспоминать я, — первое препятствие – упаковка. На «Конан» она прочная и с полосой отрыва.
— Ваши любимые? — начал острить Блейк Иниго, молчавший до этого и даже внимательно слушавший.
Хотелось проорать: «— Они мне не нужны, я не пользуюсь», но потом вспомнила, кого я тут из себя строю.
— Это не тема для обсуждения, — заявила я.
— Это просто хреновая реклама, как и весь стартап, — сделал вывод вслух он.
— Так вот, вскрывать упаковку потными и неопытными ручонками – примерно то же, что и расстегивать молнию на дорогом платье пальцами ноги, — попыталась сказать что-то на их жаргоне я.
— А вам так расстегивали? — включился в мою личную жизнь африканец. — Я – Мэтт, — представился он.
— Нет, — заявила я ему. — Это сравнение из готовых лекций по продукции внутри компании, — спихнула я на «Конан», о котором и понятия не имела. Бека часто проводила инструктаж, но мне было неинтересно до такой степени, что кроме названия в моей голове ничего не отобразилось, — Коллин может рассказать вам больше, продвижение — это его сфера.
— Ну да, — подал голос парень в очках, — Коллин ведет лекции второй год, у другой группы. Там девочек больше, он потом их отбирает для коитуса и видимо, платья рвет. Хотя кто ему даст?
— А у Вас кто вел их в прошлом триместре? — спросила я, зная, что обучение в таких школах максимум 18 месяцев.
— Гилберт, — заявил все тот же парень в очках. — я Зак. И Гилберт женился и прекратил нас мучить официальными заявлениями про «все только для добра». Сам, скорее всего, жену там во всех вариантах абьюзит.
— Ясно, — смутилась я, личная жизнь каждого из лекторов тут была под особым прицелом.
— А лучше давать примеры из реального места работы. Например, раскрыть нам всем схему продвижения и сделать полную презентацию товара. Презервативы — это же так интересно, вряд ли кто-то из нас создаст такое производство. Для эссе, конечно. Хотим полную распаковку, только осторожно с этими длинными ногтями, а то можно порвать товар и выставить все в плохом свете. А то были случаи, — заявил с гордостью Блейк.
Парни похлопали, Бела и Челси (так звали вторую девушку) смутились, я просто переложила ногу за ногу. Я посмотрела на часы – оставалось меньше двадцати минут, час прошел легко и быстро для меня.
— Времени мало, — сказала я, — что еще хотите знать?
— Альтернативное применение, — произнес Блейк, — слабо вам придумать?
«— Вызов принят», — подумала я.
— Нет проблем, — произнесла вслух, — шапочка для душа. Кровоостанавливающий жгут или веревка для побега из тюрьмы, например, использовать, как чехол для мобильного.
— Чехол для перевозки кокаина в желудке, — помог мне Мэтт.
Я посмотрела на него, но он отвернулся. Наверное, были случаи, и парень вмиг стал для меня светиться под словом «опасно».
— В соединении с Н2О — водная бомбочка, — помог мне Зак.
— Воздушный шарик или резинка для перетягивания пачки денег, — сообщила Бела.
Если так послушать версии всех студентов, то можно смело добавить несколько подробностей в дело каждого.
— Так же презервативы можно использовать в аудиториях, как наша, снабженных датчиками задымления. Натянем сейчас резинку на датчик и смело покурим. А мальчики по вызову в красном не приедут, и не будет лекции о пожарах, — подсказал способ применения Блейк. Толпа снова встретила его овациями. — Когда мы получим ящик наших резинок, а то у меня свидание сегодня, — заявил Блейк.
Я посмотрела прямо в его синие глаза.
— Я и моя подруга будем использовать их, как резинки для рогаток, ничего такого, о чем Вы подумали, Мисс Майерс.
Каждая из компаний предоставляла своих квалифицированных сотрудников и, видимо, делится продукцией. Про «Конан» я не была уверена, ведь я даже там не работала. Прозвенел звонок, и ребята начали выходить из аудитории.
В дверях появилась Мила, пытаясь протиснуться в одно отверстие вместе с Блейком. В итоге, он уступил ей проход, и она похлопала его по плечу.
— Как все прошло? — спросила она, подбегая ко мне.
— Очень миленько, — заявила я.
— А Иниго? — с неподдельным интересом спросила она.
— Что Иниго?
— Как себя вел?
— Как обыкновенный парень.
— Сколько Вам лет, Эшли? — спросила вдруг Мила.
— Много, — заявила я.
— Мне 26, — начала историю Мила, — думала, что вы моя ровесница, а выглядите хорошо, похвально. Я, конечно, даже младше студентов, все парни даже предлагают пойти на свидание, — проговорила с гордостью она, поправляя складки жира, через тонкую ткань своего обтягивающего красного платья. Я посмотрела в ее маленькие глазки, как у поросенка и ужаснулась. Я думала, что ей лет 40, а она оказалась младше меня на три года. Но карты открывать нельзя, и этот Блейк еще со своим Порше, надо ж было так попасть на его наглую рожу.