11 глава
День суда быль тёплым. Не жарким, как обычно бывает в это время года, а именно тёплым. Дул прохладный ветерок, поэтому не придётся истекать потом под мантией, которую одели поверх платья, как и полагается – влади империи. Мне не раз приходилось заседать в суде, вместе с владыкой, но, ни разу не приходилось быть на таком грандиозном и нашумевшем. Сегодня судили более ста найрассов, а точнее – сто двадцать восемь подсудимых. Среди них, около трёх десятков наследников родов, две лордессы и один лорд. Остальные – это те, кто помогал аристократом вершить свои грязные дела, наплевав на законы империи.
Ложе для владыки и наследника стояло в центре возвышения, которое находилось в огромной круглой пещере. С правой стороны от ложа сидели обвинители, а с левой защитники. В центре зала, зияло круглое отверстие в полу и уходило вглубь земли, а над ним видно было небо. Какое было расстояние до дна, никто не знал. Яма «правды» была всегда в этой пещере и светилась ярко белым цветом. Боги сделали нам подарок, сразу же, как и наше появление на этой земле, и мы, в спорных вопросах прибегали к её помощи. Если ты не виновен – тебя выталкивает из той ямы. Если ты не прав, но по не знанию, – тебя отправляют учиться в учебное заведение, и обязательная оплата штрафа. А вот если ты не прав и всё равно настаиваешь на своём – подарок богов не прощает. Душа в таком случае, даже в тапх не попадает. Стены пещеры обвивал светящийся плющ, поэтому дополнительного освещения не требовалось.
Всех обвиняемых поставили напротив владыки, через яму, в купол. Вызывали по одному и сразу выносили приговор. Да, за этот суд, наши шахты пополнились рабочей силой. Туда же отправили и лордесс: Сустишен и Ахашор. Лордессу Сустишен – за издевательство над прислугой. Лордессу Ахашор – за пытки в своём лордаге. Ши Сках – сына лордессы Сустишен от первого брака, приговорили к смерти – за извращённое насилие над найрассами не достигшими даже первого совершеннолетия. А вот его сестра, лори Сустишен, сразу стала обвинять всех.
– Если бы я знала, что эта найрасса – влади, – показывая на меня, – я бы с вас влади, пылинки сдувала. – Кричала Бывшая наследница Сустишен. – Если б я видела влади на портрете, я бы её узнала. Это всё вы виноваты, – обратилась она к родителям, – если бы мы чаще бывали на балах, как нам и положено, но нет наш папаня против таких мероприятий, а мать не настояла. Ненавижу, вас всех ненавижу! Если бы не вы, меня бы сейчас здесь не было. Всё вы виноваты! Я прошу! Нет не так, я требую правду богов! Я не виновата. Вы должны меня оправдать. Это всё они, они нарушили закон, а я ничего плохого не сделала.
– Лори Сустишен, вас обвиняют в смерти двух девушек и как минимум десятка противозаконных деяний. – Проговорил обвиняемый.
– Это не я, это всё они. Это они меня заставили. Я требую справедливого суда.
– Ну что ж, кто мы такие, идти против правды богов. С кем вы будете спорить на этом суде?
– С влади! Я обвиняю её в замалчивание, правды. Если бы она сразу же сказала, что она влади. Я была бы её подружкой.
– Да будет так! Прошу поставить бывшую наследницу рода Сустишен на место правды, и вас влади прошу подойти к месту спора.
Я не спеша встала с кресла и прошла к отмеченной точке. Я знала, как это происходит и не боялась. За свои десять лет, не один раз видела, правду богов. Мне нечего боятся, меня воспитывали лучшие учителя в империи. Я почитаю, наши законы и не нарушу их никогда. Если это произойдёт, что я тогда за будущий владыка. Боги не допустят.
Прозвучал гонг и в это же время пол стал прозрачный, и мы полетели в яму, даже дух захватило. Немного погодя, почувствовала, как меня выталкивает струя воздуха, а лори Сустишен – поглотило пламя, и она закричала так надрывно, даже уши заложило. Через несколько секунд я оказалась в кресле, рядом с владыкой и стала глазами искать лорда Сустишен. Мне нравился этот найрасс, и не хотелось видеть на его лице ненависть к нам, к правящей династии. Но я увидела там только тоску и обречённость. Как же не повезло бывшему первому министру с семьёй. Его, то есть бывшего лорда Сустишен, владыка приговорил к пятидесяти годам работ в департаменте. В архиве наводит порядок.
Шесть часов в течение пяти дней шло разбирательство. Я думала, что это никогда не закончиться, но всех осудили, кто был виновен. А тех, кого оклеветали, и не было доказательств их не виновности, прошли через суд богов.