— Ты словно паришь в воздухе, — говорю я с благоговением.
Женевьева делает шаг вперед и мягко кладет руки мне на плечи.
— В этом-то и фокус, дорогая. — Ее полные губы изгибаются в улыбке. — Не показывай им, что ты взмокла.
Я выпрямляю спину.
— Хорошо. Думаю, я справлюсь. Это не так уж отличается от светских мероприятий в Цинском дворце.
— Неплохой настрой.
Затем, слегка сжав мою руку, она повела нас к большой лестнице. Экипажи останавливаются перед сверкающей бальной залой, выстроившись в ряд. Свет льется на каменные ступени, словно каскад звезд. Я и не представляла, что здесь будеттак. Это бескрайнее море платьев, драгоценностей и нарядов, такое чуждое мне. Когда я спускаюсь по мраморной лестнице, тяжесть взглядов высшего общества обрушивается на меня, словно я под увеличительным стеклом. Они все норовят вывернуть меня наизнанку и рассмотреть как можно лучше. Женевьева выходит первой. Она не новичок в обычаях высшего общества, в отличие от меня. Я следую за ней, поправляя платье и затаив дыхание, когда мы входим в огромный бальный зал. Немедленно начинаются шепотки.
— Это та самая иностранная принцесса? Та, которую называют Восточной наградой?
— Она вообще говорит по-английски? Я слышала, она не знает ни слова.
— Не представляю, что это за женщина. Странное создание. Посмотрите на ее глаза!
Комментарии остры и колючи, они преследуют меня, но я отказываюсь ломаться под их осуждением. Я держусь прямо, хотя сердце бешено колотится, а холод их презрения струится по моим обнаженным плечам. Женевьева бросает на меня понимающий взгляд, ее губы изогнуты в мягкой, ободряющей улыбке.
— Игнорируй их, Кэтрин. Пусть сплетничают. Они постоянно болтают.
Я киваю, даже когда слышу ещё больше шепота.
— Ходят слухи, что она выйдет за принца-регента, — пренебрежительно говорит какая-то женщина.
— Но это скорее шутка. Она, наверное, имперская шпионка!
Ее дочь хихикает.
— Здесь никто не будет с ней танцевать. Был бы такой скандал.
— Принц не славится спокойным нравом...
Я смотрю на свое платье, когда их взгляды впиваются в мою кожу. Мне хочется отступить, но Женевьева берет меня под руку для поддержки и протаскивает сквозь толпу. Маркиза не упускает ничего. Настороженность следует за нами с каждым словом.
— Не уходите далеко сегодня, девочки.
— Да, мама, — отвечает Женевьева.
Мы направляемся к столу с закусками, где я беру свой бокал шампанского, надеясь успокоить нервы. Игристое танцует на языке, напоминая мне, что я здесь чужая. Я смотрю на Женевьеву, которая непринужденно осматривает гостей, и делаю еще глоток, чтобы успокоить бурю.
— Ты слышала что-нибудь интересное? — спрашиваю я, пытаясь придать легкость дискомфорту.
Женевьева сканирует комнату натренированным взглядом.
— О, много чего, — говорит она. — Они уже сплетничают о тебе, как и ожидалось. Ты знаешь, как это бывает — та великая герцогиня вон там гадает, почему принц еще не прибыл, а та маркиза пытается понять, представляешь ли ты угрозу для перспектив ее дочери.
Я тихо вздыхаю.
— Что еще говорят?
— Ничего лестного, — бормочет она. — Что ты слишком чужая, слишком странная. Они гадают, не скрываешь ли ты какой-то секрет, которым можно разрушить твои шансы. Принц не дурак, в конце концов.
Я делаю еще один глоток, пока Женевьева продолжает.
— Ничего личного, просто... так заведено.
Мой взгляд привлекает фигура, стоящая в противоположном конце комнаты. Мужчина. Его присутствие... поразительно. Он высок, широкоплеч, с темными волосами, падающими чуть выше воротника. Он движется с грацией, которая кажется почти хищной, но есть что-то в том, как он держится. Тихая уверенность, вес, которому не место в этом бальном зале. Его взгляд скользит по толпе, а затем останавливается на мне. Его глаза пригвождают меня к месту. Я не знаю почему, но не могу отвести взгляд.
Большой бальный зал оживает, когда он приближается. Люстры сияют, отражаясь в сверкающих платьях и безупречных мундирах, скрипки поют. Они освещают его, когда он подходит ближе. Я слышу только звон бокалов, шелест шелка и бархата. Женевьева наклоняется. Она шепчет мне. Я слышу ее, но не могу сосредоточиться. Нет, все, что я вижу — этоего.