- Братишка, Джереми! - кричит Зак, обходя машину, и направляется ко мне, - Сколько лет прошло? Ты так возмужал, не узнать просто.
- Привет, Зак, - говорю я и обнимаю брата, - Уж не думал, что ты приедешь.
- Как я мог не навестить родного брата? - говорит брат, похлопывая меня по спине.
- Привет, Сэм, - говорю я и целую девушку в щеку.
- Рада видеть тебя, Джер, - отвечает Саманта.
- Ну что, в путь? - говорит Ник и запрыгивает к Дэйву в машину.
- Поехали, - хватает меня за руку Кэйтлин, - Сегодня будет самый лучший день в твоей жизни, милый.
- Посмотрим, - неохотно сажусь в машину я.
***
Пока мы все добирались к небольшой речушке, что находится за тридцать миль от Стрейибурга, Адель, дочь Сэм и Зака, постоянно без перерыва задавала Кэйт глупые вопросы. " А дядя Джереми твой муж?", " А у вас есть дети?", " А когда будут?", " Почему дядя Джереми такой молчаливый?".
Да потому, что ты меня достала, мелкая негодница. Если честно, я очень люблю детей, но не тогда, когда они много интересуются. Почему Земля круглая? Сколько овец пасется в Западной Индии на каком-то поле? Ох-х. И главное, если эти допытливые детишки не получают ответ на свои дурацкие вопросы, это еще не значит, что в течении часа они не будут переспрашивать по сто раз. Во-первых, это ужасно бесит, а во-вторых, вызывает у меня головную боль или, хуже того, мигрень.
Я облегченно вздохнул, когда мы, наконец, добрались к месту. Адель сражу же побежала к остальным детишкам, которые весело резвились на лужайке. Я увидел огромное количество людей, знакомых и не очень. Клэй как всегда взял все в свои руки.
- Ну что? Начинаем наш праздник! - говорит Ник, отрывает с треском шампанское, и смотрит на меня с улыбкой, - Кому первому налить?
- Мне! - подбегает Кайл со своим стаканом.
- Эй, Кайли, детское шампанское разливает папа, беги к нему. - говорю я и направляю малого в сторону Дэйва.
- Я хочу настоящее! - надувает губы тот.
- Ладно, пошли со мной, я налью тебе самого настоящего мужского напитка, хочешь? - спрашивает Ник.
- Да! - хлопает в ладоши малый.
Я смеряю грозным взглядом Николаса, но когда тот подмигивает мне, успокаиваюсь. Столы накрыты всякими вкусностями и блюдами. По мере того, как я продвигаюсь к ним, меня поздравляют родственники и друзья. Даже Леменс подошел ко мне и пожал руку.
- Поздравляю, Роунстон младший. Даже и не знаю, чего тебе пожелать. У тебя ведь все есть, Джереми? Так вот пусть это все удвоится! - поздравляет меня он.
- Спасибо, мне приятно слышать это от вас, - отвечаю я Леменсу.
Не все. У меня нет душевного спокойствия.
После того, как все немного выпили, обстановка начала мне нравится. Меня даже перестали напрягать сестры-сплетницы. Когда дело дошло до танцев, то веселью все-таки удалось вытеснить моё угрюмое настроение. Кэйт танцевала все так же прекрасно, как и в день нашего знакомства в клубе. Я видел завистливые взгляды персон мужского пола и гордился своей девушкой. Её плавные и ритмичные движение свели бы с ума любого мужчину, но она любит только меня. Ник то и дело травил свои фирменные анекдоты, чем только радовал всех присутствующих.
- Подходит Эван к дяде и говорит " Дядь, я вашу дочь того..", а дядя ему "Ну так женись", на что тот ему ответил "Да нет, дядь, я её трактором переехал."
Все держатся за животы и хохочут от души. На одном столе, что стоял неподалеку других, разместились подарки, которые мне предстояло распечатать перед гостями и высказать всем им благодарности. Но этот ритуал произойдет немного позже, а сейчас я готов убить любого за тот аппетитный сэндвич, что лежит на тарелке и ждет, пока я его не надкушу. Я сел за стол и начал рассматривать толпу. Возле меня стояли двое коллег и о чем-то оживленно вели беседу:
- Да говорю же, её никто не видел еще с Мая, - говорит первый, - Ты слышал слухи, что ходили в течении того месяца? Самоубийство, наверное.
- А я все-таки уверен, что она выехала со страны. Не верится мне в этот бред, - отвечает второй.
- Ну, не знаю. Как по мне, то для этого нужна причина, - продолжает первый, - Говорили, что в том кабинете что-то произошло, но никто точно не знает..
- Эй, тише, - шепчет первый и кивает в мою сторону.
Они оба, увидев меня, испугались, и сразу же перевели тему разговора. Вскоре, они скрылись из моего обзора и целый вечер я их не видел.
Мы все сидели за столом, Кэйт держала меня за руку и совмещала разговор с соседом слева. Клэй разговаривал с мистером Леменсом, а остальные сидели группами и смеялись. Я опять один среди толпы. Именинник-одиночка, смешно звучит?
- Я пройдусь немного, - говорю я и отпускаю руку Кэйт.
- Мне пойти с тобой? - тревожно спрашивает та, - Все в порядке?
- Нет, Кэтти, не стоит, все хорошо, я скоро вернусь. Не скучай. - отвечаю я и целую девушку в макушку.
Вид, который открывался со склона, куда я пришел пару минут назад, обворожителен и прекрасен. Ветер сделал мои губы грубыми и жесткими. Как мне этого не хватало. Я вдыхаю полную грудь этого свежего, холодного воздуха и ощущаю жжение в легких, приятное, одурманюющее. Он возобновляет в моем сердце все моменты из жизни, которые я так тщательно вытеснял оттуда. Наполняя легкие, ветер наполняет и пустоты души. Я пуст. Я безнадежно пуст. В один день я перестал плыть против течения, которое то и дело пыталось сбить меня, ударить, и отдался судьбе. Будь что будет, мне уже все равно. Вы не поверите, если вы стоите, то немедленно сядьте. Я порвал список девушек. Я сжег все страницы своего блокнота и самое главное я не жалею. С того дня я стал пустым, хотя раньше был просто одиноким. Одиночество сначала дарит нам ощущение свободы, независимость, а потом в один момент, когда меньше всего ожидаешь, бьет туда, где болит. Оно прожигает внутренности, заставляя думать, что это спасение, но это вовсе не так. Когда не остается того, что можно сжечь и разбить, то остается пустота, заполнить которую возможно только лишь другим человеком. Расскажу вам об еще одном минусе одиночества. Ночью боль перерастает в нечто большее, и ты каждой клеткой всего тела чувствуешь сквозняк, что исходит из тебя. Все люди, что окружают тебя, верят в наигранную улыбку, в твои фальшивые эмоции, а ты такой "Эй, народ, все хорошо, прекрасно!". При этом сжимаешься надвое от того, что внутри у тебя ураган, непотушенный костер, торнадо, притворяясь безразличным ко всему, то и дело выдавливаешь из себя ухмылки. Я знаю это, как никто другой. Самое страшное мгновенье - боль утихает, затем исчезает. Почему страшное? Ведь нужно радоваться, не так ли? Нет. Ты стаешь циником. Без души и чувств. Очень трудно вернуть человека из состояния безразличия. Мне повезло, я даже не представляю, как мне повезло, и за что Бог дал мне такого человека, как Несса, и при этом сразу же отобрал? Она научила меня видеть в этом мире все самое хорошее. Научила.. и ушла. И опять эта дыра внутри. Сейчас я заполняю её Кэйтлин. Я очень благодарен Кэт за то, что позволила мне использовать её в качестве лекарства. Я не хотел держать её возле себя, обещая то, чего не могу ей дать, говоря слова, полностью пропитанные ложью. В один день я рассказал ей об этом, но она ответила мне вовсе не истерикой и криками. Она сказала, что будет ждать до тех пор, пока я не осознаю, что именно она - то лекарство, которое и вылечит, и в дальнейшем будет поддерживать иммунитет. Надеюсь, Кэйти, ох как же я надеюсь.
Краем глаза я увидел, что ко мне легкой походкой движется Зак. Я рад видеть, что Берн изменил его и подарил новую жизнь. Раньше он постоянно жаловался на все и всех вокруг, но с тех пор, как переехал в другую страну, я ни разу не слышал от него негатива. Новые ощущения меняют людей в лучшую сторону.