Лейтенант все не мог успокоиться. Глаза его блестели. Таких девушек, какой была убитая, он до сих пор видел только на картинках в глянцевых журналах. Для таких вот неземных красавиц существует особый мир. Рай земной. Какой, интересно, она была, когда дышала, говорила, двигалась? Может, любила кого‑нибудь? И кто посмел ее убить? Этого человека, кем бы он ни был, лейтенант возненавидел сразу, решив непременно найти и покарать. Таких красавиц убивать нельзя. Даже за очень плохие поступки.
У майора Волнистого имелся в распоряжении личный автомобиль. «Жигули» пятой модели, на ходу и в хорошем состоянии. Майор был человеком бережливым. Не лелей он свою железную кобылку, пришлось бы теперь таскаться в Москву на перекладных. А ездить туда придется как на службу. Это Сергей Павлович понял сразу, рассмотрев вблизи всю компанию. Женщина была похожа на стальной стержень, заточенный с обеих сторон: острая в ответах, с железной логикой и просто убийственная в своем хладнокровии. Красивый темноволосый парень вызвал у Волнистого брезгливую гримасу. Типичный плейбой, не мужчина. А другой товарищ просто выпал из обоймы при известии об убийстве Натальи Беловой. Похоже, у него шок. Его майор оставил на потом, отправив в другую комнату, чтобы отпился водой и пришел в себя. Надо же! А на вид мужик! Любовь у них была, что ли?
Разговор с Олегом Новлянским Сергей Павлович поручил Сереже. Ученик молод, настойчив и горяч. В голове — романтические бредни. Пусть потреплет красавца. А потом сам майор вытрясет из хореографа то, что останется «за кадром». Волнистый расположился в кабинете Раскатовой и битых полтора часа пытался прошибить стену лбом. Собеседники долго ходили по замкнутому кругу и в конце концов выучили наизусть и вопросы, и ответы.
— Кто такая Наталья Белова? — спросил Волнистый для начала.
— Победительница регионального конкурса красоты, — услышал он в ответ. — Должна была участвовать во всероссийском конкурсе.
— Она работала у вас?
— Видите ли… — Раскатова тяжело вздохнула. — Я относилась к Нэтти как к родной дочери. Она у Меня жила.
— Послушайте, какая еще Нэтти? Почему Нэтти?
— Привыкайте, господин майор. Все именно так Называли покойную. Не Наталья, не Наташенька. Нэтти. Упокой Господь ее душу!
Железная леди с чувством перекрестилась. Сергей Павлович никак не мог отделаться от мысли, что в ее голосе мелькнуло скрытое торжество, когда Раскатова проговорила «покойная».
— Значит, она жила у вас. Воспитанница, значит?
— Именно. Если без формализма. Ну сами посудите, где бедной девочке жить? Приехала из провинции, денег ни копейки, родственников в Москве нет. Хотела устроиться секретаршей, а тут такая удача. Бедная девочка! Кто бы мог подумать, что она так плохо кончит?
Сергей Павлович опять почувствовал фальшь. Он уже понимал, что такие женщины, как Евгения Львовна, не способны на теплые чувства, но чтобы вызвать их откровенную ненависть, тоже надо сделать что‑то особенное.
— Вы ее недолюбливали?
— Я? — удивилась Раскатова. — Да я ей была как мать родная!
— Кстати о матери. У вас есть паспорт Натальи Беловой?
— Разумеется. Он у меня здесь, в кабинете. Вы позволите?
Раскатова развернулась к сейфу, стоящему за спиной. Глядя на ее затылок, Волнистый продолжил:
— Вы знаете, где живут ее родители?
— Разумеется.
— Но никогда их не видели?
— Разумеется.
— Я что‑то понять не могу. У вас были на Наталью какие‑то права? Вы держали ее взаперти? Ее и ее паспорт?
— Я хотела ей добра.
Она заняла круговую оборону. «Мать родная», «желала добра». У Сергея Павловича были дети. Двое. Он никогда не говорил, что желает им добра, но когда упоминал в разговоре о дочери или о сыне, интонации его тут же менялись. Раскатова отбивала «мать родная» как барабанную дробь. Получив паспорт девушки, Сергей Павлович спросил в упор:
— Вы ведь рады, что ее больше нет? Так?
— Не смешите. — Раскатова выпрямила спину. Заговорила так, словно делала отчет для налоговой инспекции: — Мне не было в ее смерти никакой выгоды. Абсолютно никакой. Затрачена уйма денег и сил, чтобы сделать из девушки то, чем она стала. Если бы вы видели другие фотографии Наташи, до того, как с ней поработали стилист и хореограф, вы бы крайне удивились. Крайне. Ничего особенного. Обычная девушка, далеко не красавица. Я сделала из нее настоящую королеву. У меня есть обязательства перед людьми, заинтересованными в проекте. Кто теперь будет вместо Нэтти участвовать в конкурсе? Я понесла огромные убытки.