— Мамуля, дорогая моя, приветик! — пропела Вика, входя в палату мамы.
— Вика, солнышко…
Мама все так же была бледной, морщины стали глубже, они уже изрезали все лицо, которое и без того было как смятая бумага. Сердце защемило. Вика чувствовала слезы на глазах. Приходить сюда становится труднее с каждым разом.
— Мамуль, у меня все хорошо, — сказала девушка и присела на стоящий у кровати стул, взяла мать за холодную руку, — я нашла новую работу. Буду моделью на крутом показе. Обещают хорошие деньги. Мы прорвемся.
— Я верю, доченька, верю, родная.
Голос мамы звучал еле-еле, с натяжкой. А в голове Вики нарисовался Алекс с его ухмылочкой. Он заплатил ей. Он купил ее. Она его вещь, которую он решил разместить в своем доме как трофей на полке. Вот такая у нее новая работа. Быть куклой в подчинении у кукловода.
Вика оторвалась от своих размышлений благодаря телефонному звонку. Алекс. Она застыла. Сейчас он устроит ей разнос. Оставив маму, она вышла в коридор.
— Да, — ответила она как можно более твердым голосом. — Я слушаю.
— Слушай тогда внимательно, — прорычал Алекс. — Я медитирую, не помогает. Где ты шляешься?!
— Я скоро буду, я отлучилась по делам.
— Все твои дела должны быть согласованы со мной. Я не позволял тебе никуда отлучаться.
Вика заметила Валерия, который появился на ее этаже. Только не это! Она пыталась показать ему жестами, чтобы он молчал, но он не понял ее кривляний.
— Вика, привет, — поздоровался он.
Она закатила глаза и сжала трубку сильнее.
— Я не понял, чей это, мать твою, голос? — спокойно спросил Алекс, и от этого спокойствия у нее свело желудок.
— Я перезвоню. Пока, — быстро произнесла Вика и скинула звонок.
Черт, у нее даже руки трясутся! Сейчас Валера снова подумает, что ей нужна помощь какого-нибудь психиатра. А может, он и прав. Ей реально нужна чья-то помощь, квалифицированного мозгоправа.
— Все в порядке? — спросил он, передавая ей стаканчик воды.
— Вроде бы, — ответила девушка и осушила одноразовый стаканчик. — Но я не уверена. Оставь мне номер того психолога, вдруг найдет вдохновение, звякну ему.
Мужчина улыбнулся и взял ее за руку. Она нравилась ему.
— Не переживай, Вика, все наладится. А в психологе ничего страшного нет, каждому, бывает, нужна помощь. Ты извини, если я тебя тогда обидел.
— Все нормально, — сказала Вика и похлопала его по руке. — Спасибо тебе за заботу.
Его рука была такой теплой и мягкой. Такая рука никогда не сожмется на ее затылке с требованием закрыть свой рот. Такая рука может только гладить. Вика поймала себя на мысли о том, что ее все-таки привлекает этот анестезиолог. Почему не он ее клиент?
— Может, мы как-нибудь встретимся на чашечку кофе? Уже без всяких психологов, только ты и я, — улыбнулся Валерий.
Вика прикинула, как долго ее будет душить Алекс, если она согласится. Наверное, прихлопнет ее сразу, одной левой. Без всяких истерик и выяснений отношений. Он просто увидит рядом с ней незнакомого мужика — и прибьет ее.
— Давай. Созвонимся на днях, сейчас я не могу сказать ничего определенного, — все же согласилась Вика.
— Я позвоню. А сейчас прости, должен идти, работа не ждет.
Он слегка приобнял ее, желая держаться, и ушел. Вика смотрела ему вслед. Милый парень, совсем не этот придурок Алекс. Кстати, о придурках. Она выключила звук на телефоне, и там уже было несколько пропущенных от Алекса.
— Господи, да скоро я буду, истерик какой-то, — сказала себе под нос она и отправилась чмокнуть маму.
С мамой она попрощалась быстро, чтобы не тянуть эту слезливую сцену, и так на душе было неспокойно. Алекс еще раз набрал ее, но она сбросила звонок. Подождет немного, не умрет.
Через час она была перед входом на территорию его дома. Ладони вспотели. Сбрасывать его звонки было проще, чем теперь предстать перед ним, чтобы быть казненной. Вика вошла в дом, ожидая, что он уже ждет ее у входа с топором. Никого.
— Ау! Я пришла! — дала знать о себе Вика.
— Рад этому факту, — мрачно произнес Алекс, выходя к ней. — Телефон, — потребовал он, протягивая к ней руку.
Без задней мысли Вика отдала ему телефон. Тон, с которым он разговаривал с ней сейчас, подсказал ей, что лучше не идти наперекор его воле.
— Ты знаешь, что эта вещь нужна для того, чтобы отвечать на звонки? — спросил мужчина и зашвырнул телефон в стену.
— Эй, ты что делаешь?!
— А зачем он тебе? Ты же им все равно не пользуешься.