— Что-то не так, Вика?
— Нет, все ок. Скучаю по маме.
— Ну с мамой ты можешь встретиться. Моя просьба, чтобы рядом не было никаких мужиков, а с мамой общаться можно.
— Спасибо.
Вика посмотрела на кровать. Двуспальная. И как им спать? Алекс проследил за ее взглядом.
— Я лягу на полу, — освободил ее от принятия решения он. — Не беспокойся.
— Угу.
Они легли спать, и Вика закрыла глаза. Сегодня можно ни о чем больше не беспокоиться.
***
Поток ледяной воды разбудил ее. Вика подпрыгнула на кровати, в шоке от происходящего. Она протерла лицо, чтобы видеть в темноте ночи. Она была вся мокрая, на нее тут же налетел холод.
— Что такое? — дрожащим голосом спросила она.
— Встать, сука!
Глаза Алекса горели даже в темноте. Она чувствовала, как все его тело вибрирует этой мрачной энергией. Он что, решил убить ее?
— Какая ты неблагодарная дрянь, — прошипел он, собирая ее волосы в кулак.
— Что с тобой опять?
— Опять со мной ничего. Бесят такие, как ты, — выплюнул он, — считающие, что им все должны.
— О чем ты?
— Почему я сплю на полу, хотя из нас сучка ты?
Он толкнул ее на кровать, которая тоже была вся мокрая. Вика снова почувствовала этот первобытный страх, когда понимаешь, что угроза реальна, вот она, сейчас задушит.
— Ты сам так захотел…
— Ну, конечно. Я же рыцарь, уступающий место шлюшке, — кривлялся Алекс, забавляясь происходящим. — Еще раз ты ляжешь на кровать, когда я сплю на полу, — он подошел к ней и взял ее за подбородок, — удушу.
И сказано это было так, что она поняла: удушит и глазом не моргнет. Удушит и завалится спать. В этот момент она стала бояться за свою жизнь.
— Прости, — прошептала Вика, не зная, как себя вести с ним. Казалось, что любое движение — это шаг на мину. — Я виновата…
— Заткнись, — отмахнулся от нее он. — Снимай одежду.
Она стянула с себя пижамные топ и шортики, от которых проку было мало. Все вымокло насквозь. Она дрожала, стоя перед ним в одним трусиках. У него безумие исключительно по ночам включается? Он засыпает, а монстр в нем просыпается?
— Ложись.
Вика подчинилась.
— Снимай трусы. Раздвинь ноги, подними их вверх.
Она все сделала, как он сказал. И это было так унизительно, как никогда в жизни. Обычно клиенты благоговели перед ней, считая ее жрицей любви, которая может воплотить в жизнь многие их фантазии, а тут ее просто втаптывали в грязь.
Алекс достал сигарету и поджег ее. Вика смотрела на него с удивлением. Он курит? Странно, ведь он еще ни разу не дымил при ней. Вечер открытий.
— Потрогай себя.
Он смотрел на ее раскрытые ноги и лепестки лона, смотревшие прямо на него. Мужчина выпустил дым из легких, получая удовольствие от движений ее пальцев по складкам влагалища.
— Что-то ты совсем не мокрая, — возмутился он. — Я тебя не возбуждаю, что ли?
— Я не знаю, почему так, — стала оправдываться Вика, хотя так и хотелось сказать, что ее такие ублюдки вообще не возбуждают. — Извини…
— Глубже, — приказал он, и она засунула в себя палец.
Это было пыткой! Она была полностью сухой, все ее мысли занимал только страх, что он сейчас накинется на нее и будет тушить сигареты об ее тело. О таком она тоже слышала от девчонок.
— Расслабься. Вид распластанной шлюшки меня не трогает, — резко бросил он и затушил сигарету об стол. — Держи, это моя оплата за это низкопробное шоу. — Кинул к ней на кровать бычок.
Вика натянула на себя одеяло и смотрела на него со страхом. Сейчас ударит. Или снова оскорбит. Но Алекс только достал из кармана деньги и снова бросил их ей.
— Я пошутил, а то сейчас расплачешься. Вот оплата. Спокойной ночи, крошка.
Он ушел, а она даже не прикоснулась к деньгам. Вика сама не знала, почему, но ее терзал вопрос о курении. Почему она еще ни разу не видела, чтобы он курил? И ни одной сигареты и зажигалки она тоже не видела при нем. Он как будто порой становится совершенно другим человеком. Человеком, который постоянно матерится, курит и ведет себя, как асоциальная личность. Может, в этом и есть ответ на вопрос, почему он пользуется ее услугами?..
Глава 8
Глава 8
Утро следующего дня выдалось полностью разбитым. Вика еле оторвала голову от подушки. Она не спала. Ее всю ночь трясло, до тошноты. Она физически не могла уснуть, постоянно прислушиваясь к шуму за дверью. Вдруг он встанет посреди ночи снова и захочет ее прирезать? Так же прикуривая сигарету и кайфуя от процесса. Урод! Как бы ей сейчас хотелось отыметь его в его крепкую задницу страпоном, как в той извращенной порнухе. А что, и такое встречается в ее профессии. Так даже лучше. Своя жопа остается целее.