— Спасибо…
Не успела Вика его взять, как он оказался у нее на голове. Она отплевывалась, возмущаясь. Вот гад!
— Вернул должок. Освежишься как раз. — Алекс забрал у нее стакан и подтянул ее за руки к себе. — Я еще раз спрашиваю, где и с кем ты таскалась.
— С Валерой, — соврала она. — Знаешь, как он классно трахается? У него, кстати, член больше, чем у тебя. Ты вообще лох на его фоне.
— Зачем же ты тогда вернулась? Иди дальше скачи на его х*е.
— А у меня тут вещи остались. Заберу и свалю к нему. И фиг ты меня отследишь.
Она показала ему свой новый телефон, а затем средний палец.
— Еще раз ты покажешь мне этот палец, я тебе его сломаю, — тихо сказал Алекс, но это подействовало, и Вика притихла.
— Знаешь, что я тебе скажу… — начала Вика, но он встал и просто направился к выходу. — Эй, ты, куда пошел?
Дверь хлопнула, и она осталась в темноте с мокрой головой. Вика тряхнула ею, чтобы вода стекла с волос. Начались их традиционные будни, как у кошки с собакой! Только и могут, что трахаться и цапаться. Идеальные отношения. Вика решила забить на всю эту ситуацию, к тому же, она плохо соображала, и просто легла спать, предварительно приодевшись в красивый пеньюарчик.
***
Вика подскочила на кровати, когда на нее обрушилась ледяная вода. Ей что, это снится? Она разлепила глаза и увидела перед собой только темноту ночи.
— Что…
— Заткнись, шалава гребаная.
Алекс влепил ей пощечину, и Вика задохнулась от неожиданности. Щека горела, волосы залезли в рот. Она их сплюнула и повернулась к нему. По лицу текла вода, остужая боль от удара.
— Вот же ты дрянь. Решила, что если он тряпка, то ты можешь оборзеть в край? — зло спросил Алекс, снова замахиваясь.
Вика вся сжалась, но удара не последовало. Он рассмеялся, зажигая сигарету. Она внимательно следила за ним. Снова этот монстр пришел. Не Алекс. Зверь.
— Кто он? О ком ты?
О Валере, что ли? Она больше ни с кем не общалась из мужчин.
— Я, — повысил голос он, — я тряпка. И ты решила, что можешь сесть мне на шею своими целлюлитными ляжками?
Эти слова были второй пощечиной. Неправда! Нет у нее целлюлита, ну если только чуть-чуть, как и у любой женщины.
— Ты не тряпка. Извини…
— Хватит!
Темнота больше не была просто словом. Она стала чем-то осязаемым, что забиралось под кожу — и прямо в вены, кусая кровь своими клыками. Темнота не пугала уже давно, с ним мрак стал ее обычной средой обитания. Больше не было света, был только страх.
Вся мокрая, в прилипшем к телу пеньюаре, она забилась к самой стенке, спасаясь от мыслей о нем. О нем, который сейчас ворвется в ее беспокойную ночь со своим безумием. Мужчина уверенно шагал по просторной спальне, словно отмеряя ее время.
— Мне холодно, — прошептала девушка, дрожа от холода.
Этот чокнутый снова облил ее водой ночью! Что иногда творится у него в голове? Все ли с ним в порядке?
— И что дальше? Я заплатил тебе за все, и даже больше. И я не намерен слушать твои жалобы, — презрительно сказал он, останавливаясь.
— Алекс, прости, если я…
— Никакого Алекса, мать твою, — прошипел он, подпрыгивая к ней. Его глаза безумно вращались и светились в темноте. — Называй меня Роберт. Мне так больше нравится.
Его глаза разрезали темноту, в них горел жестокий огонь непредсказуемости, словно он сам не знал, что выкинет в следующую минуту. Но его это не пугало. Только ее.
— Кто ты сегодня? — со страхом спросила она, теряясь в догадках относительно человека напротив, прожигавшего ее взглядом. — Кто ты, черт тебя дери?!
Она кричала с отчаянием, которое вкупе с холодом разматывало нервы все больше. Кто он? Кто он каждую долбанную секунду? Как ей узнать и вовремя спастись от него?
— Я уже сказал тебе, кто я. Неужели ты настолько тупа? — Мужчина сел на крой кровати, в которой еще несколько минут назад она мирно спала.
Его ладонь накрыла ее голень, провела вверх по гладкой коже, оставила легкий шлепок. Она вздрогнула. Даже его движения становятся другими: резкими, нервными, жесткими. А лицо прорезали острые морщины от слишком бурной мимики.
— У тебя такой высокий ценник, а интеллект в стоимость не входит? — унизительно удивился он. — Не все можно купить за деньги…
— Но это не про тебя, правда? Ты купил меня и решил, что можешь издеваться, как хочешь, и…
— Шш, заткнись, милая. Не хочу слушать эту банальщину. За те деньги, которые я тебе отваливаю, я имею право не слушать твой треп, так что, просто заткнись. Да я могу свернуть тебе шею и выбросить твой труп в лесополосе, и мне ничего не будет. Знаешь, почему?