НАСЕКОМЫЕ ИДУТ!
- таков клич многих фантастических романов. Почему так? Да очень просто! Если насекомые и имеют мало внешних черт, напоминающих людей (по И.А.Ефремову), то их «социальный мир» невольно толкает нас к аналогиям с человеческим обществом. Разве не похожи на наши города (особенно современные) пчелиные ульи? Разве любой муравейник — это не аналог нашего государства, с его элитарной верхушкой и целой «социальной» лестницей, на которой так продумано и прочно распределены права и обязанности маленьких членов этого сообщества? Мудрая архитектура термитов, продуманность действий всевозможных короедов и дровосеков — да тут любой ребенок отыщет невероятное количество похожестей с нашей человеческой цивилизацией. Разумная осторожность клопа. Дерзкая активность таракана. Сколько раз мы сталкивались с ними, дивясь «уму» этих крохотных существ!
НЕ БУДЕМ ОБИЖАТЬ РАСТЕНИЯ,
которые имеют те же чувства, что и животные, а многие из них развиты значительно больше и во много раз превышают по своей чувствительности человека. Не забудем: растения возникли на Земле еще раньше, чем насекомые. Кто же мешал им достичь невиданных высот эволюции в течение десятков и сотен миллионов лет, когда им ничего, кроме стихийных лесных пожаров не угрожало?
Или обитатели океана? Почитайте о дельфинах. Все понимают. Нашли какие-то свои средства общения. Только что стихи не пишут. А может, и пишут, да мы просто не знаем! Где же вы раньше были, дельфины? Где ваши Атлантиды, ваши тучные подводные стада на беспредельно плодоносящих пастбищах мирового океана? Где ваша фантастическая цивилизация морских бездн?
ЧТО-ТО ЗДЕСЬ НЕ ТАК,
но почему не так и отчего не так, не знаю. Думаю, что точно вряд ли кто знает. Академик Вернадский, ум, повторяю, редкий, писал: «Твари земные являются созданием сложного космического процесса, необходимой и закономерной частью стройного космического механизма, в котором, как мы знаем, нет случайностей».
Во всем согласен с Владимиром Ивановичем, разве, что в самом последнем утверждении его никак себя убедить не могу. А почему нет случайностей? Разве все, что происходит в природе, начиная от столкновения Галактик и кончая засыпанным в вечном мерзлоте мамонтенком Димой, не суть ли наглядные и многочисленные случайности, постоянно нами наблюдаемые? Вот я, человек не религиозный, что в целом ряде случаев очень мешает существованию, что сейчас скорее порицается, все-таки рискну высказать одну воистину еретическую мысль. Если следовать Вернадскому, случайности нет, и тогда мы неизбежно придем к заданной предначертанности, к неопознанной, а главное — к непознаваемой обязательности будущего, которую одни люди (бесконечно мною уважаемые) называют Богом, другие (словно стесняясь этого высокого слова), называют Судьбой, Роком, Ходом Мироздания и еще десятками равновеликих в своей неопределенности понятий. Не облегчают ли они тем самым нашу жизнь именно там, где ее облегчать не следует, где пульс ее должен биться упорно, упрямо и постоянно? Не есть ли это некое замаскированное утверждение, что искать — бесславно, а находить — бессмысленно? Ведь если Человек овладел этим миром только потому, что он должен был овладеть этим миром, — это не ответ. Меня он не может удовлетворить. А вас?
P.S. «За свою долгую жизнь я понял, что мы гораздо дальше от подлинного понимания процессов, происходящих в природе, чем это представляет большинство наших современников»
Альберт ЭнштейнP.S.S. «Ты спрашиваешь: что такое жизнь? Это все равно, что спросить: что такое морковка? Морковка есть морковка, и больше ничего не известно».
Антон ЧеховСтанислав Лем «Do yourself a book»
Написание истории восхождения и упадка «Do yourself а book» было бы занятием весьма поучительным. Это новообразование издательского рынка стало предметом полемики столь ожесточенной, что она заслонила само явление. Поэтому причины, из-за которых предприятие потерпело крах, по сей день остаются неясными. Никто так и не отважился изучить общественное мнение по этому поводу. Что, кстати, вполне объяснимо: вероятно, публика, которая в конечном итоге и определила судьбу предприятия, этого так и не осознала.
Изобретение это висело в воздухе в течение добрых двадцати лет, и остается только удивляться, почему его не осуществили раньше. Помню первые экземпляры «Постройте повесть!» Это была коробка в виде довольно объемистой книги, содержащая инструкцию и список «строительных элементов». «Стройматериалами» служили полоски бумаги неодинаковой ширины с напечатанным текстом — отрывками прозы. На полях каждой полоски были отверстия для удобства переплета и несколько цифр, нанесенных разными цветами. Уложив все полоски в соответствии с нумерацией в основном, черном, цвете, вы получали «выходной» текст, который состоял, по крайней мере, из двух произведений мировой литературы, соответствующим образом сокращенных.