Программы — дорогое изделие; часто на создание некоторых из них уходит не один год Например, текстовый редактор «Микрософт Ворд» для личного пользования должен стоить 300 долларов, а система «Кейс» десятки тысяч долларов. Поэтому специалистам по вычислительной технике не выгодно работать на отечественном рынке: все равно что задаром. Одни из них эмигрируют, другие стараются обзавестись западными (или восточными) валютными заказчиками, а третьи просто сидят без работы. Многие не устоят перед соблазном, если им обещаны хорошее, хотя и дурно пахнущие деньга. Да и чем они рискуют, если человека, завладевшего чужой информацией, но воспользовавшегося при этом не отмычкой, а искусственным интеллектом, нельзя привлечь к уголовной ответственности.
ЧТО КАСАЕТСЯ БУДУЩЕГО, то Александр Косачев, член редколлегии журнала «Программист», считает: а ближайшие десять лет массового распространения компьютерного шпионажа бояться нечего.
— Компьютерные сети можно сравнить с нервными системами, клеточками головного мозга. Чем болев высоко развито существо, тем легче на него воздействовать. И наоборот, труднее, если перед нами амеба. Компьютерная Россия в своем развитии еще ив слишком далеко зашла. Сегодня в бизнесе, да и не только в нем, требуется соблюдать элементарные меры предосторожности. А наша головотяпство будет наказано. И программному воровству, если мы хотим когда-нибудь выходить на мировой рынок, тоже продет конец. Ведь сегодня на Западе, как только вы предлагаете свой товар, легко определить, при помощи какого программного «инструментария» он создан, и будьте уверены, сразу поинтересуются номером вашей лицензии на использование. И вместо денег вы получите одни убытки. Воровство не окупается. Когда-то мы скопировали IВМ и тем самым обрекли себя на постоянное отставание.
«На мониторе возникли строчки:
ОБЪЕДИНЕННАЯ ИНФОРМАЦИОННА.АЯ СЕТЬ ШКОЛ СИЭТЛА. НАБЕРИТЕ ПАРОЛЬ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ И ЛИЧНЫЙ НОМЕР.
— Смотри, Дженифер, — продолжал Давид, — Они меняют пароль два раза в месяц. — Ом сделал паузу для пущего аффекта. — Но я знаю, где его можно найти!
Он набрал на клавиатуре слово «грифель».
Экран немедленно очистился, и на нем высветился список подсистем на выбор.
— Ну давай, Дженифер, теперь ты. Набери слова «оценки учеников».
ОЦЕНКИ УЧЕНИКОВ — появилось на экране.
— Так. Теперь введем номер моей личной карточки и… вуаля! — обьявил Давид. — Узри мои недостойные успехи.
Экран снова очистился, и внезапно белыми буквами на голубом экране возникла таблица успеваемости некоего ЛАЙТМЕНА, ДЭВИДА А.
Давид подвинул курсор к графе «Биология» и исправил отметку «2» на «4».
ФАНТАЗИИ В СТИЛЕ КАНТРИ
Верьте — не верьте, но и сегодня, десять лет спустя, я могу точно назвать не только место действия, но и дату и день недели. Среда, 9 июня 1984 года. Америка, штат Вирджиния. Милях я ста, то бишь километрах в ста шестидесяти на юго-запад от Вашингтона расположен национальный парк Шенандоа, и отсюда к столице ведет федеральное шоссе № 211 имени генерала Ли.
Машина, как и положено в Америке, оборудована кондиционером. И то сказать, без «кондишн» она автоматически превратилась бы в крематорий. Учтите, что стандартные кондиционеры защищают лишь от жары, но не от запахов В салоне ощущался и терпкий аромат перегретой хвои, и пряный дух свежескошенного сена. Нет, не медовый хмель русского поля, оттенок другой, да и слыхано ли на Руси, чтоб сенокос был в начале июня, и стога непривычные — словно катыши вокруг центральной оси-оглобли. И все равно, как только машина приняла нас в свое лоно и отрезала от жары, стало хорошо.
И вдруг — безжалостный удар по обонянию, едкий, ни на что не похожий смрад. Я непроизвольно чихнул, на глаза навернулись слезы.
— Господи, что это?
Кэтрин, моя спутница-американка, сидевшая за рулем, усмехнулась
— Не заметили на обочине полосатую шкурку? Скунса задавили. Вот он и послал прощальный привет. Еще скажите спасибо что прошло минут пять, успело выветриться. Не завидую тем, кто нас обгонял…