Еще сравнительно недавно — в конце 80-х, самом начале 90-х годов — у ведущих на тот момент космических держав, США и СССР, существовали достаточно четкие планы, правда, не на столь далекую перспективу. Теперь же ситуация коренным образом изменилась. Советского Союза больше не существует, а его космический комплекс в буквальном смысле слова борется за выживание. В свою очередь и Соединенные Штаты существенным образом пересмотрели свою космическую программу.
Если во второй половине 80-х годов крупные политики и ученые ставили свои подписи под «Марсианской декларацией», призывающей обеспечить полет человека на Марс, а советский лидер Михаил Горбачев выступал с инициативой объединить усилия двух стран для осуществления совместного полета космонавтов к «красной планете», то в середине 90-х годов о подобной пилотируемой экспедиции предпочитают громко не говорить. Если американский лидер Джордж Буш хотел увидеть возвращение американских астронавтов на Луну, то нынешняя администрация держит космонавтов на гораздо более коротком поводке. Стала гораздо скромнее появившаяся еще в период президента Рейгана программа создания воздушно-космического самолета, взлетающего и приземляющегося как обычный авиалайнер, но выходящего при совершении трансконтинентальных перелетов в космос.
Пожалуй, единственный проект, который сохранился, хотя и претерпел кардинальные изменения, — это создание международной орбитальной космической станции. Да и относительно Марса, справедливости ради, надо сказать, что он не исчез полностью с космических горизонтов. Правда, сейчас речь уже идет только о том, чтобы в рамках российско-американского сотрудничества доставить туда марсоход.
Почему же так серьезно изменились планы освоения космоса? Ответ надо искать в первую очередь в общественно-политических переменах и новой экономической ситуации, сложившейся в основных космических державах.
Как ни странно это может прозвучать, но в период «холодной войны» космическим исследованиям жилось явно вольготнее, чем сейчас. Ведь в те времена космическая техника — в первую очередь межконтинентальные баллистические ракеты — во многом определяла военную мощь государства, а успехи и неудачи на космических трассах обретали ярко выраженную политическую окраску. Этих двух обстоятельств было вполне достаточно для того, чтобы на космические проекты, особенно военного или престижного характера, выделялись весьма существенные средства и ресурсы. Это уже позже выяснилось, что некоторые из них оказались преждевременными и не имеющими своего продолжения или необходимой научной базы. Так произошло с американской программой «Аполлон», позволившей человеку побывать на Луне, но не получившей дальнейшего развития, и с программой «звездных войн», поглотившей колоссальное количество денег, но так и не давшей каких-либо конкретных результатов, и с советским космическим кораблем многоразового использования «Буран», на котором, как оказалось, нечего «возить» в космос и которому неоткуда теперь стартовать.
Тем не менее было бы ошибкой говорить, что человечество утрачивает интерес к освоению космоса. Ситуация совсем противоположная. В сфере космических исследований постоянно появляются все новые и новые страны, причем их национальные космические программы содержат весьма смелые перспективные проекты. А в программах стран, уже завоевавших в этой области признание, наблюдается смещение акцентов. Точнее говоря, эти государства в силу тех или иных причин экономического и политического характера начали «считать деньги» и предпочитают добиваться достижения тех же целей при минимизации расходов, широко используя международное сотрудничество.
Некоторые из космических проектов, например, полет человека на Марс или создание орбитальной станции, являются столь сложными и дорогостоящими, что оказываются на пределе возможного даже для наиболее развитых и богатых стран.
Значительный интерес к приносящему весьма приличные доходы прикладному использованию космической техники проявил и частный бизнес. Так, по некоторым оценкам, объем рынка космических услуг составит к 2000 году в стоимостном выражении несколько десятков миллиардов долларов.
Среди космических «новичков» основное внимание привлекают такие страны, как Япония и Китай, обладающие необходимым техническим потенциалом и весьма успешно развивающие свои космические программы. По словам одного из руководителей Китайской аэрокосмической корпорации, в стране «к концу столетия или в начале следующего ожидается прорыв в той части космической программы, которая связана с пилотируемыми полетами». То есть речь идет о запуске собственного космонавта. Кроме того, как заявил тот же руководитель, «в XXI веке Китай начнет торговать спутниками связи отечественного производства».