Я зажмурила глаза, но результат получился обратным тому, на который я рассчитывала. Словно наяву, я увидела, как к нам подбирается Пучина.
— Бенсон-Картер перед смертью прошептал мне, что нам делать: повернуть поочередно в направленьи против стрелки черепа, что вделаны в сундук заморский. А вращать в таком порядке: первый, третий, следом пятый, там шестой, второй, четвертый и седьмой. И скорее уносить отсюда ноги, ведь в запасе остается лишь каких-то полчаса.
Я ничего не поняла, и остальные, судя по их виду, тоже, Брюс, правда, наклонился к уху Лили. Я поглядела на Илли. Тот развел щупальца, будто подтверждая, что Бенсон-Картер и впрямь что-то такое бормотал, но сам Илли его речей не понял.
— Многое мне прошептал он, стоя на пороге смерти, — вещала Каби. — По случайности старик услышал вызов, направлялся же он к Сиду, и заданье у него такое было: встретить трех гусар, дождаться совпаденья фаз пространства и забрать Солдат с собою в те года, когда Египет был еще под властью римлян и когда еще не свергнут был последний император. Им сразиться предстояло в битве под Александрией, уничтожить Скарабеев, разгромить их вместе с зомби!
О, прости меня, Богиня, что в тебе я усомнилась. Лишь теперь я осознала, что твоя рука незримо указует мне дорогу. Мы найти сумели Сида, и гусары— перед нами. Им мы отдадим оружье и парфянские одежды, что хранил в своем приюте Бенсон-Картер, чьей могилой стала серая Пучина. Ты спасла нас, о Богиня, Дверь явив, когда мы трое с жизнью навсегда прощались.
Громовой рев, который потряс стены и заставил меня заткнуть уши, издал Сид. Лицо его сделалось багровым, и я мысленно укорила своего шефа: умереть от апоплексического удара на Глубине ничуть не труднее, чем в первой жизни.
— Разрази меня гром! Кабизия Лабрис, ты спятила! Что за часовые стрелки, что за черепа? Ерунда, бред, вздор! Где то оружие, о котором ты болтала? В этом вшивом ящике?
Каби равнодушно кивнула. Ответ ее прозвучал буднично и деловито:
— Там тактическая атомная бомба.
Время на раздумье
«Примерно через 0,1 миллисекунды радиус огненного шара достигает 45 футов, а температура устанавливается в пределах 300000 градусов Цельсия. Яркость при наблюдении с расстояния в 100000 ярдов приблизительно в 100 раз превосходила яркость Солнца, видимого с Земли… Шар расширился до максимального радиуса в 450 футов менее, чем за одну секунду».
Отчет об испытаниях в Лос-АламосеУсидели на своих кушетках лишь Каби да двое инопланетян; остальные же повскакивали, изрыгая проклятия. Казалось бы, подумаешь, эка невидаль — примитивное взрывное устройство из середины двадцатого века! Уж нам-то, способным перемещаться во времени, знакомым, пускай и понаслышке, с грозным оружием будущего, Мыслебомбой, бояться его не следовало. Но заприте атомщиков в одной комнате с бенгальским тигром — что они вам потом скажут? Точно так же чувствовали себя и мы.
Физика для меня — темный лес, но и дураку понятно, что взрыв разнесет Место в клочья. В общем, беда не приходит одна: сначала Санкт-Петербург, дальше Крит, Бенсон-Картер, расплавленный Компенсатор… Похоже, Скорпионам пора поднимать лапки кверху.
Ладно, страх страхом, но и нюни распускать нечего. Смотреть противно, до чего все перетрусили. Или Док заразил нас своим пристрастием к выпивке?
Так или иначе, собой мы не владели.
— Выкиньте его! — взвизгнула Мод, оттолкнула сатира и бросилась к сундуку.
— Господа, мы должны инвертироваться, — прошипел Бо. Перепрыгнув через табурет, он рванулся к Компенсатору.
— Клянусь небом, он прав, — поддержал его бледный Эрих, позабыв разом про красавицу графиню, чьи изящные пальчики обхватывали хрупкую ножку пустого бокала.
Я обомлела. Инвертировать Место — все равно что очутиться под шквальным огнем, и даже хуже. Ведь дверь надо прикрыть так плотно, чтобы Ветрам Перемен не было дороги внутрь. Инвертируясь, вы разрываете всякие связи с космосом.
Среди моих многочисленных приятелей нет никого с инвертированных станций.
Отбросив Фрину на кушетку, Марк ринулся наперерез Мод. Гречанка, тело которой давно утратило прозрачность, сонно огляделась и поправила свой пеплос. На какой-то миг она отвлекла мое внимание, и я подумала: тем зомби, чьи призраки мы вызываем на Глубину, снятся, верно, диковинные сны. Их тела остаются в их настоящем, а души на то время, когда их призывают, обретаются в безвременье.
Сид перехватил Бо у самого Компенсатора, заключил пианиста в медвежьи объятия и рявкнул:
— Да вы что, с ума посходили? Совсем спятили! Мод! Марк! Магдалена! Не трогайте этот ящик, ради всего святого!