На Луне не было атмосферы, которая могла бы преломить или рассеять луч, поэтому не стоило обольщаться надеждой, будто он не осветил какого-то участка у подножия гребня. В столь ослепительном сиянии, которое как бы превращало ночь в день, не сумел бы остаться незамеченным даже кролик. Я повел прожектором из стороны в сторону. Ничего!
Мало-помалу мне стало ясно, что Амелии здесь нет. Почему-то это не особенно меня удивило. Я сгорбился в кресле, чувствуя, как зреет внутри холодная ярость, а на лбу от страха выступает пот.
Вот и все, подумалось мне. Теперь я свободен от каких бы то ни было обязательств. Если она решила удрать, едва я повернусь к ней спиной, так тому и быть.
Однако отпускать ее одну я не имею права. Если я сейчас уеду, то не прощу себе этого поступка до гробовой доски. И потом, на Земле, в городе Милвилл живут банкир, парикмахер и аптекарь, которые вот-вот лишат меня средств к существованию.
Я повел машину на юго-запад, выжимая из нее все, на что она была способна, в полной уверенности, что настигну Амелию еще до того, как беглянка поднимется на гребень кратера. Девушка не могла намного опередить меня: ей нужно было отремонтировать панель и к тому же хоть чуть-чуть поспать.
Мои расчеты оказались точными. Я догнал Амелию через какой-то десяток миль, у подножия массивного утеса, что возвышался над кучкой крохотных кратеров. От утеса начинался длинный склон, выводивший к самому гребню Тихо.
Амелия вытаскивала из углубления в стене утеса какое-то снаряжение. Когда я вылетел из-за поворота, она уже вытащила кислородные баллоны и сражалась с большой канистрой воды.
По тому, как она вскинула голову и выронила канистру, я понял, что девушка испугалась. Она не слышала, как я подъехал, поскольку на Луне всегда тихо, а характер местности не позволил ей заметить вездеход издали.
Я остановил машину и выбрался наружу так быстро, как только смог. Мне хватило одного взгляда, чтобы разобраться, что к чему.
— Тайник.
— Его устроил мой брат, — отозвалась Амелия тонким, испуганным голоском, — когда обшаривал окрестности Тихо.
— Полагаю, — продолжал я, — там среди всякой всячины имеется и запасная панель?
— Она мне не нужна. Я починила свою, — твердо заявила девушка.
— Леди, а вы подумали о том, что может случиться, если она сломается снова?
Я вернулся к своему вездеходу, забрался внутрь и вытащил панель.
— Давайте займемся делом. И перестаньте вилять, мне и без того достаточно забот, чтобы еще возиться с вами.
Я рассказал ей о Брилле и прибавил, что нам надо каким-то образом отвязаться от него: скажем, бросить на склоне — пусть себе копается в лишайниках и таращится на «собачек», а мы двинемся в кратер.
Мы установили панель на место. Я заметил, что отверстие в лобовом стекле надежно заделано. — Вы уверены насчет Тихо?
— Мой брат нашел человека, который выбрался из кратера. И потом, дневник…
— О чем конкретно говорилось в дневнике?
— Радиопередатчики вышли из строя задолго до посадки. Связь стала односторонней: экспедицию никто не слышал. Прилунившись, они попытались исправить поломку, но не сумели. Что-то словно мешало им связаться с Землей. Какое-то время спустя они чего-то испугались и решили улететь, однако выяснилось, что двигатели ракет в нерабочем состоянии. Потом произошло нечто ужасное…
— Что именно?
— Не знаю. Хозяин дневника просто написал: «Нужно убираться отсюда. Я больше не в силах этого выносить». Вот и все.
— Должно быть, он взобрался по стене, понимая, что обречен, — заметил я, одновременно спрашивая себя, от чего он бежал. — Значит, в кратере остались корабли и все остальные участники экспедиции?
— Не знаю, — повторила Амелия, во взгляде которой читался страх.
Заменив панель, мы погрузили в вездеход Амелии Томпсон кислородные баллоны и воду. Часть пришлось взгромоздить на крышу, поскольку кабина оказалась забитой до предела.
— Дальше сами справитесь? — спросил я.
— Конечно. Я знаю машину как свои пять пальцев.
— Хорошо. Договоримся так. Когда все отладите, поезжайте к кратеру. Ждите меня за гребнем. Кстати, можете поспать. После будет не до сна.
Она протянула руку, и мы обменялись рукопожатием.
— Больше никаких шуточек.
— Разумеется. Я буду вас ждать сразу за гребнем.
Я выполз из вездехода Амелии и забрался в свой