— Да, — ответил я. — Если бы ты просто позвонил мне и спросил…
Он отвесил мне новую оплеуху.
Я потряс головой, чтобы она побыстрее прояснилась, ну и, конечно, чтобы выиграть время.
— Я… я не знаю, — заверил я.
Он снова занес руку.
— Подожди! Я все объясню! Он держал ту штуку, которую ты ему дал, на письменном столе как пресс-папье. Я уверен, что он взял ее с собой — вместе с остальными своими вещами, когда выезжал отсюда.
— Что ж, значит, один из вас лжет, — заявил Пол.
— В данный момент под рукой у меня ты.
Он замахнулся в третий раз, но сейчас я был к этому готов. Уклонившись от удара, я лягнул своего незваного гостя в пах.
Зрелище получилось впечатляющим. Мне даже захотелось остаться и посмотреть — ведь до сих пор мне еще не приходилось никого бить ногой в пах. Самым разумным было сейчас врезать ему по шее, пока он стоял согнувшись, или приложиться локтем к его мясистому носу. Однако в тот момент мое состояние не слишком располагало к разумным, осмысленным поступкам.
Поэтому, вместо того чтобы стоять и смотреть на него, я решил заняться тем, что получалось у меня гораздо лучше.
В следующее мгновение, встав на ручку кресла, я выскользнул в открытое окно. Там был узкий карниз, пройдя по которому восемь футов направо, я ухватился за водосточную трубу.
Я мог бы продолжить движение и дальше, а потом без особых проблем спуститься вниз, но решил этого не делать. Здесь я чувствовал себя в полной безопасности.
Прошло совсем немного времени, и голова Пола показалась в окне. Посмотрев на меня и узкий карниз, он выругался. Я закурил и улыбнулся.
— Ну, чего ты ждешь? — спросил я, пока он переводил дух. — Залезай ко мне. Может быть, ты гораздо крепче, чем я, Пол, но, если окажешься здесь, рядом со мной, только один из нас вернется обратно. Внизу асфальт. Давай. Покажи мне.
Он глубоко вздохнул, и его пальцы вцепились в подоконник. На миг мне даже показалось, что он сделает попытку. Однако он посмотрел вниз, а потом перевел взгляд на меня.
— Ладно, Фред, — сказал он голосом, которым обычно читал лекции. — Я не дурак. Ты победил. Теперь послушай меня, пожалуйста. То, что я сказал, — истина. Мне необходимо получить эту штуку обратно. Я не стал бы так вести себя, если бы это не было для меня жизненно важно. Прошу тебя, пожалуйста, скажи, ты говорил правду?
В голове у меня еще звенело от его оплеух. И мне совсем не хотелось быть симпатичным парнем. С другой стороны, должно быть, эта модель и в самом деле очень много для него значила. К тому же, я ничего не выигрывал, скрывая от него то, что знал.
— Это была правда, — сказал я.
— И ты не имеешь понятия, где этот камень?
— Ни малейшего.
— А мог кто-нибудь взять его?
— Запросто.
— Кто?
— Да кто угодно. Ты же знаешь, какие вечеринки у нас бывали. По тридцать, сорок человек.
Он кивнул, оскалив зубы.
— Ладно, я тебе верю. Попытайся все-таки вспомнить. Хоть что-нибудь, чтобы дать мне ниточку.
Я покачал головой.
— Мне очень жаль.
Пол вздохнул. Плечи его опустились.
— Ладно, — сказал он наконец. — Теперь я уйду. Я полагаю, ты собираешься обратиться в полицию?
— Да.
— Ну я не в том положении, чтобы просить одолжений или угрожать тебе — во всяком случае сейчас. Однако расценивай мои слова как просьбу и предупреждение одновременно. Не звони им.
Он отвернулся.
— Подожди, — сказал я, — а если эта штука подвернется мне под руку? Что с ней делать?
— Спрячь ее в надежное место и ничего никому не говори. Я буду тебе звонить. Если найдешь ее, сообщи.
— Это так важно для тебя?
Он что-то пробурчал и скрылся.
У меня за спиной кто-то прошептал:
- ТЫ МЕНЯ ЧУВСТВУЕШЬ? — Я быстро повернулся, но там никого не было, а в ушах все еще звенело от ласковых приветствий Пола. Я пришел к выводу, что день выдался неудачный и мне просто необходимо залезть на крышу и немного подумать.
— Я пытался до тебя дозвониться. Три раза, — сказал он. — Никто не брал трубку.
— Ясно.
— Ты звонил в полицию?
— Нет.
— Почему?
— Я и сам не знаю. Ну, наверное, хотел выяснить, что происходит, прежде чем сдавать его.