— Знаю, — ответил Хлонверт. — Только слюнтяй и кретин может поверить в эти выдумки, но как раз таких и вербуют в наше время в воздушные экипажи. Пауксейл был одним из немногих толковых людей на борту, и я потерял его из-за вашего проклятого тумана.
— Вы не должны во всем винить туман, капитан,
— сказал Толлер, многозначительно глядя на Сисста. — Наделенные властью не оспаривают факты.
Хлонверт круто развернулся к нему.
— Что ты хочешь этим сказать?
Толлер изобразил спокойную, приветливую улыбку.
— Я хочу сказать, мы все видели, что произошло.
— Как тебя зовут, солдат?
— Толлер Маракайн, я не солдат.
— Ты не… — Гнев на лице Хлонверта сменился некоторым удивлением. — Что такое? Что это за тип? — Он испытующе поглядел на Толлера.
Длинные волосы, серый мундир ученого в сочетании с высоким ростом и рельефной мускулатурой воина; на боку меч… Однако отсутствие шрамов и ветеранских татуировок доказывало, что Толлер отнюдь не бывалый вояка.
— Если ты не солдат, будь поосторожней с мечом, — бросил капитан. — А то еще сядешь на него и, неровен час, сделаешь себе бо-бо.
— Кому-кому, а мне нечего опасаться этого оружия.
— Я запомню твое имя, Маракайн, — негромко сказал Хлонверт. И тут протрубили малую ночь — прозвучала переливчатая двойная нота, которая означала, что нужно спешить в укрытие, ибо в любой момент может напасть птерта.
Хлонверт отвернулся от Толлера, обнял Сисста за плечи и повел к воздушному кораблю.
— Пойдем выпьем в моей каюте, — сказал он. — Там тепло и хорошо, и там я передам тебе послание магистра Гло.
Глядя им вслед, Толлер пожал плечами. Фамильярность капитана сама по себе являлась нарушением этикета, а вопиющее лицемерие — ведь он обнял человека, которого недавно сбил с ног, — сильно смахивало на оскорбление. Сисст очутился в положении собаки, которую хозяин может побить или погладить — как ему заблагорассудится, — и предпочел не возражать.
Интересно, подумалось Толлеру, а зачем, собственно, прилетел Хлонверт? Какого рода послание привез? Почему магистр Гло не стал дожидаться обычного транспорта? Неужели назрело нечто, способное прервать монотонную жизнь на удаленной станции? Или на такое везение нечего надеяться?
С запада набежала тень, и Толлер взглянул на небо. Ослепительно яркий ободок солнца исчез за громадой Верхнего Мира. Сразу стало темно, высыпали звезды, замерцали искры комет и светлые вихри туманностей. Начиналась малая ночь, под покровом которой шары птерты вскоре покинут облака и бесшумно опустятся вниз в поисках своей исконной добычи.
Оглянувшись, Толлер обнаружил, что остался один-одинешенек. Весь персонал станции спрятался в помещениях, а команда воздушного корабля укрылась на нижней палубе воздушного шара. Впрочем, Толлеру было не привыкать: он частенько задерживался снаружи и, заигрывая е опасностью, скрашивал тем самым существование, а заодно доказывал своим поведением, что отличается от типичного представителя касты ученых.
На сей раз он поднимался по склону к станции еще медленнее, чем обычно. Не исключено, что за ним наблюдают, следовательно, вести себя иначе просто-напросто нельзя. У двери Толлер остановился и, хотя по спине бежали мурашки, немного помедлил перед тем как поднять задвижку и войти. У него за спиной кренились к горизонту девять сверкающих звезд Дерева.
Глава 2
Принц Леддравор Нелдивер предавался тому единственному занятию, благодаря которому вновь чувствовал себя молодым.
Как старший сын короля и глава вооруженных сил Колкоррона, он должен был заниматься политикой, а относительно ратных дел, разве что составлять планы компаний. Во время баталий ему надлежало находиться в глубоком тылу, на хорошо защищенном командном пункте, и оттуда руководить войсками. Но принц никогда не заботился о собственной безопасности и вовсе не стремился перекладывать заботы на плечи заместителей, в чьи способности ни капельки не верил.
Чуть ли не каждый младший офицер или солдат-пехотинец мог за кружкой пива рассказать историю о том, как внезапно в гуще боя рядом с ним появился принц и помог прорубить дорогу к спасению. Леддравор поощрял такие слухи, поскольку считал, что они способствуют поднятию дисциплины и морального духа.
На сей раз он руководил вторжением Третьей Армии на полуостров Лунгл на восточном берегу Колкорронской империи. Во время боя пришло сообщение о неожиданно сильном сопротивлении в одном горном районе. Когда же, вдобавок, стало известно, что в этой местности много деревьев бракки, Леддравор не смог усидеть на месте и отправился на передовую.