— А… — Амиранда облегченно вздохнула. Любопытно, чего она опасалась? Как-то все это подозрительно. — Значит, вы полагаете, что Карлу ничто не угрожает?
— Не могу сказать. Знаю лишь, что сам крепко подумал бы, прежде чем связываться с такой женщиной, как домина Даунт.
Из двери футах в тридцати от того места, где стояли мы, вышла черноволосая красотка лет девятнадцати-двадцати. Оглядела меня с головы до ног, соблазнительно улыбнулась и прошествовала мимо походкой, способной свести с ума даже статую.
— Кто это? — спросил я.
— Расслабьтесь, мистер Гаррет. Она не про вас, вы не посмеете прикоснуться к ней ни в мечтах, ни тем более наяву. Это Амбер, дочь Владычицы Бурь.
— Ясненько.
— Мистер, — проговорила Амиранда, перехватив взгляд, которым я проводил очаровательную брюнетку, — соблаговолите спуститься на землю. Помнится, вы выражали желание встретиться со мной в нерабочей обстановке. Так вот, сегодня в восемь в «Железном лгуне».
— Где-где? Мне такое заведение не по… — Я вовремя спохватился. Совсем забыл, что пару часов назад получил от этой крошки сотню золотых марок. — В восемь? Договорились. Знайте, остаток дня я проведу, предвкушая неземные радости. — Довольно усмехнулся и вышел за ворота.
Шагая по улице, что вела вниз по склону Холма, я размышлял о том, почему никогда не слышал ни о какой дочери по имени Амбер. Ведь про Владычицу Бурь и ее семью в Танфере ходило столько слухов и сплетен… Да, тут городские кумушки явно опростоволосились.
6
Из комнаты Покойника доносились странные звуки. Я прошел мимо и направился на кухню, где старина Дин жарил сосиски, одновременно приглядывая за пирогом в печи. Увидев меня, он вытянул из холодильного колодца маленький бочонок. Этот колодец я соорудил на гонорар за дело Старка — в конце концов, если хочется холодного пива, почему я должен отказывать себе в удовольствии?
— Удачный денек, мистер Гаррет? — поинтересовался Дин, протягивая мне кружку.
— Можно сказать и так. — Я запрокинул голову и одним махом опорожнил кружку наполовину. — Подвернулось выгодное дельце. А чем занимается наш общий друг? Что-то сегодня от него много шума.
— Не знаю, мистер Гаррет. Он не разрешает мне убираться в его комнате.
— Вот как? Ничего, разберемся. Но сначала надо повторить. — Я посмотрел на сосиски, перевел взгляд на пирог. Если Дин полагает, что я в состоянии все это съесть, он заблуждается. Или… — Ты что, снова пригласил в гости племянницу?
Дин покраснел.
— Зря, — заметил я, покачав головой. — Сегодня вечером мне придется уйти из дома.
В жилах Дина и всех его родственников текла кровь троллей. Я не считаю себя человеком с предрассудками — иначе разве отправился бы на свидание с той, которая наполовину эльфиянка? — однако родственницы Дина унаследовали от родителей в первую очередь троллье безобразие. Стоило им выйти на улицу, как собаки начинали выть, а лошади ржали и били копытами; в общем, сердце золотое, а рожа, как говорится, на кирпич похожа. Между тем Дин упорно продолжал приводить их в наш дом, рассчитывая, очевидно, рано или поздно сосватать за меня одну из своих племянниц (запас которых, судя по всему, был неисчерпаем).
Три сосиски, два куска лучшего в мире яблочного пирога и несколько кружек пива спустя я почувствовал, что готов заглянуть в логово Покойника.
— Дин, как обычно, все очень вкусно. Спасибо. Что ж, я иду к логхиру. Если не выберусь к выходным, посылай на выручку Плоскомордого Тарпа. У него настолько толстый череп, что Покойник не сумеет прочесть его мысли. — «Может, свести Тарпа с какой-нибудь племянницей Дина? Нет, не буду; все же Тарп мне нравится».
— Убирайся, Гаррет, — заявил Покойник, уловив, что я приближаюсь.
Я, естественно, и не подумал подчиниться.
Он по-прежнему воевал. На сей раз тараканий бог собрал на стене всех своих насекомых, лапки и крылья которых и производили те диковинные звуки.
— Как делишки? — спросил я. Покойник промолчал. — Хитрец этот Слави Дуралейник, верно?
«Интересно, — подумалось мне, — неужели Покойник вознамерился уничтожить всех жуков в Танфере? Если так, надо намекнуть властям, что за подобные услуги принято платить».
Логхир не подал виду, что слышит. Насекомые на стене забегали быстрее. Я уселся в кресло и некоторое время наблюдал за ходом боевых действий. Как выяснилось, Покойник не воспроизводил некую кампанию — он экспериментировал. А может, воевал сам с собой. Ведь мозги логхиров устроены таким образом, что их можно при желании разделить на два-три независимых друг от друга участка.